- Ну, я же здесь хотела спрятаться, - жалобно захныкала я.
- Быстрей бегать нужно.
- Не нарывайся, - я показала Бе язык и уже хотела топать в другую сторону в поисках нового укрытия, как вдалеке показался Илья, и благо он меня не заметил, потому что меня неожиданно дернули вниз, так что я даже вскрикнуть не успела.
- Ты чего творишь?
- Хочешь их желание исполнять?
- Нет, - прошептала я.
- Ну, тогда лежи спокойно, - да, теперь мы именно лежали, потому что Илья проходил прямо возле забора, и боже, как же хорошо, что он стоял под наклоном.
Смущало меня только одно. Да, именно смущало, отчего я даже покраснеть успела. Я практически лежала на Йоханнесе, а его рука спокойно покоилась на моей талии, а когда Илья чуть наклонился в нашу сторону, так норвежец меня просто вжал в себя. Я даже взгляд поднять боялась. Первый раз так стесняюсь перед парнем.
- Он уже ушел, можешь отпустить, - сказала я.
- Я только поудобней улегся, давай еще чуть-чуть полежим.
- Э, ну нет, товарищ! А то нас опять кто-нибудь увидит и подумает не то.
- Что не то?
- Что мы зажимаемся, пока никто не видит и что у нас тайный роман.
- А тебя так волнует чужое мнение? Волнует, что подумают другие?
- Нет, просто… - мне не дали договорить, а руки были убраны с моей талии.
- Не оправдывайся, если знаешь, что соврешь, - вдруг сказал он. - Можешь идти.
- Йоханнес, ты все не так понял, - начала я и замолчала, потому что поняла, что это прозвучало странно. Как будто я оправдываюсь перед мужем, заставшим меня с любовником в супружеской постели.
- Не говори ничего, просто иди, хорошо? - прошептал он, и я кивнула головой, встала и направилась в сторону домика. Играть не хотелось, поэтому я смиренно прошла мимо Ильи, сказав, что мне стало нехорошо, и скрылась в своей комнате.
***
Эти недомолвки последнего времени добивают меня. Я не пойму, что творится вокруг. Йоханнес сильно изменился с начала лета, собственно, как и я. Мы уже почти не ругаемся, а если и повздорим, то это похоже на дружеские подкалывания, или, как говорят мальчики, на мелкие бытовые ссоры молодой семейной пары. Я признаю, что симпатия у меня к нему есть, и это меня и тяготит, ведь до отъезда осталось совсем чуть-чуть и непонятно, вернулись я к ним в Осло или останусь на родине.
Из комнаты я выходила только на ужин, потому что голодный желудок давал о себе знать. Парни, не зная о напряжении между нами, говорили без умолку. Но это лучше, чем гробовая тишина с Йоханнесом. Вроде и не поссорились, но и в глаза друг другу смотреть не можем.
После ужина я сразу окунулась в работу, составляя отчет за последнюю неделю, стараясь не уснуть, потому что сон неожиданно решил пригласить меня в свои объятия, а мне туда пока никак нельзя. Когда я почти уснула за столом, в мою дверь постучали, и за ней я обнаружила Йоханнеса, который мялся, не зная, что сказать, и в результате молча вытащил из-за спины коробку со вкусным печеньем.
- Я с печеньками, - улыбнулся он.
- Ну, если с печеньками, то проходи, - я пропустила его в комнату и отправилась ставить чайник, чтобы заварить своему гостю чай, а себе - кофе, да побольше, и плевать, что на дворе уже ночь.
Когда чай уже был заварен, а я большими глотками пила кофе, надеясь привести себя в порядок, Йоханнес вдруг заговорил:
- Я тебя точно не разбудил?
- Нет, я отчетность готовила, но почти сравнялась со столом.
- Может, помочь?
- Думаю, ты вряд ли там что-то поймешь, я сама-то не всегда все понимаю. Ты же не просто так пришел? Что-то хотел?
- Да, извиниться, что был так резок сегодня, прости. Просто что-то нашло… и вот, - он почесал затылок, не зная, что сказать дальше.
- Я тоже чувствую это недопонимание между нами, но пока не знаю, что мне об этом говорить, потому что не уверена в том, что чувствую.
- Значит, я не один такой, - все оказалось точно так, как все и предполагали.
- Да, и это не очень приятное чувство, когда сам не понимаешь, что хочешь сказать человеку, который сидит напротив тебя. Но я твердо осознаю, что очень не хочу уезжать.
- Это да… возвращайся, мы поможем тебе найти работу.
- Я же тебе уже говорила насчет этого.
- И что, тогда совсем не вернешься?
- Не знаю, честно. Не хочу об этом сейчас думать.
- Слышал, ты не едешь в горы…
- Да, мне нужно съездить за билетами и уладить пару дел, так что поедете только с тренерами.
- Ясно, - после этой фразы мы немного помолчали, после чего парень начал рассматривать мои отчетности и задавать глупые и веселые вопросы.
Когда время перевалило за час ночи, я намекнула, что ему бы пора спать, на что Йоханнес мне ответил, что у него в комнате храпящий брат, и попросился еще чуть-чуть посидеть у меня, обещая, что не будет мне мешать. Слабо верилось, но я позволила. В результате биатлонист, наблюдая за моей работой, так и уснул на моей же кровати.
- Чудо, - улыбнулась я, накрывая его одеялом и присаживаясь на край.
Я старалась вглядеться в каждую черточку его спокойного лица, которое можно увидеть, только когда он спит. И что меня так зацепило в этом импульсивном парне?
Посидев так еще немного, я достала из шкафа легкое покрывало, которое привезла из России, легла на другой край кровати, и, прикрыв глаза, моментально окунулась в царство Морфея.
========== Прощайте ==========
Ну, вот и настал последний день моего пребывания на этих сборах. Тренерский штаб передал, что свое решение они пришлют мне по факсу, как только обговорят это с вышестоящим руководством. Они вроде составляют ежегодные списки о приеме на работу и принимают решения о комплектации тренерского состава и прочего стаффа.
Парни решили устроить вечеринку и умудрились выпросить у тренеров выходной, обещая восполнить все завтра. Им предстоит пробыть здесь еще около недели, после чего все вернутся в родные края.
Сегодня я сдала все свои бумаги руководству и с улыбкой наблюдала, как все носятся туда-сюда, занимаясь подготовкой к вечеру. Меня от этого, естественно, отгородили.
Чтобы я не скучала, норвежские ребята предложили сходить на речку и немного покупаться, ибо мы так и не посетили местные водоемы из-за тренировок.
Местная речка находилась прямо возле леса. Вода была довольно чистой, по крайней мере, чище многих российских рек. Погода прямо располагала к водным процедурам. Солнце, жара, идеальная тишина вокруг. Пока я раскладывала полотенца, мои тимуровцы уже успели залезть в воду и чуть не утопить Тарьея, который пообещал отомстить.
- Давно надо было сводить тебя на речку, зачем прячешь такую красивую фигуру? - улыбнулся, Александр Ус, а я аж покраснела.
- Ты вот эти слои жира назвал красивой фигурой? - недоумевала я. Я никогда не считала себя особо худенькой, и такой заявление на минуту даже ввело в ступор.
- Где ты там жир нашла? - с отеческим укором посмотрел на меня Уле.
- Ну вот же, - я прихватила пальцами небольшую складку на животе, и парни дружно засмеялись.
- Мы, мужчины, любим, когда есть, за что ухватиться, а на кости только собаки бросаются.
Мы очень много купались. Даже слишком. Я наконец-то дорвалась до речки, и все, меня не вытащить. Один раз меня, правда, жутко напугали, когда Йоханнес схватил мою ногу под водой и дернул вниз. Стоит ли говорить, каким мукам и потоку нецензурной речи он потом подвергся?
С речки мы вернулись уставшие, а я еще и до одури счастливая. Развесив все белье сушиться, я позволила себя подремать с часик, после чего все-таки начала помогать девочкам с закуской, несмотря на их возмущения. Мероприятие опять решили провести на заднем дворе, где даже был мангал, на котором парни сразу приняли решение жарить шашлыки.