- Да это неважно уже, - историчка машет рукой. – Я увольняюсь.
Майка огорченно вздыхает, морщит лоб.
- Я хотела с вами интервью записать для своего подкаста. Только тему еще не придумала. Вот засада!
- Так запиши, - Вероника Николаевна воодушевляется. – После штудии.
- А тема?
- Да хоть бы и фотки эти. И вообще вся ситуация. Журналисты ведь не избегают острых тем?
- О, как с Вайнштейном, да? Только наоборот, конечно, - Майка встряхивает рыжими кудряшками. – В смысле, вы жертва.
- Нет, Май, - учительница качает головой, - я не жертва. И таковой считать себя не намерена. Так что давай, действуй.
Барковская чуть не бегом унеслась по коридору. Похоже, на штудии будет аншлаг.
Веронике стало грустно. Пресловутые кошки скребли на душе так громко, что звенело в ушах. Девушка накинула пальто, вышла на улицу, уселась на сухую лавку, сощурилась на солнце. Только не реветь, не сейчас. Позвонить Диме? Не хочется отвлекать его от работы. Маме? Исключено. Марине, точно! Кто мог отправить эти чертовы фотки?
Разговор с фотографом предсказуемо ситуацию не прояснил. Марина поохала и поахала, но заверила Веронику что не показывала фотографии ни одной живой душе. И уж конечно, не пересылала и не передавала. Опять же, договор они подписывали, все официально.
- Мне проблемы не нужны, Ник. Да и зачем бы?
Зачем – это был главный вопрос. Озорство, глупая шутка? Зависть?
Или месть. Кому она перешла дорогу?
Вероника считала себя человеком неконфликтным. Врагов у нее не водилось уж точно, откуда бы им взяться? Женихов-мужей не отбивала, чужого не брала, даже по работе ни с кем не ссорилась. В женских коллективах и то умудрялась существовать спокойно. Где-то встретила фразу, что, мол, врагов и завистников не бывает только у дураков и уродов, переживала.
Потом Вероника позвонила Ире Малютиной, смоленской подруге, вместе работали в музее. Как всегда, рассудительная Ирка внесла немного успокоения в мятущуюся душу Ерохиной. Даже голос Малютиной звучал успокаивающе: низкий, уверенный, безмятежный.
- Да наплюй, Ник. Твоей вины уж точно здесь нет, а к чистой грязь не липнет. Все образуется, точно тебе говорю. Что ты, в столице работу не найдешь? Может, еще и поближе к дому устроишься.
- Ага, особенно если затребуют рекомендации с прошлой работы, Валентина мне тако пропишет…непристойное поведение, так она сказала.
- А может, тебе вообще работать не придется, - развивает мысль Иришка, - сама говорила, твой не против, факт.
Факт – любимое Иркино словечко.
Вообще подруга права. Дима как-то обмолвился, что жена-домохозяйка это хорошо и правильно. Его заработка вполне хватит на двоих – и даже на троих, если не шиковать. Через год-два он станет начальником отдела.
- Посидишь дома, выдохнешь, осмотришься. На фриланс тоже всегда уйти можно, учеников наберешь. Не кисни, Ник, жизнь продолжается. Неприятно, конечно, факт, но что делать?
Вероника хотела еще рассказать про грядущее интервью, но времени было в обрез. Ладно, успеется. В школьном коридоре снова столкнулась с неугомонной Барковской.
- ВерникаНиклавна, а можно вашу фотку? Для анонса!
Неуместная шутка напрашивалась сама собой, учительница сжала губы. Полезла за телефоном, открыла галерею. Выбирать особенно не из чего. Разве что вот это селфи на мосту в Зарядье неплохое…
- О, а это кто? – любопытная Майка не упускала случая сунуть нос куда угодно.
- Мой парень, - в голосе Вероники помимо ее воли прозвучали нотки гордости.
- Огонь, - как-то вскользь проронила Майка, на ее подвижном лице отразилось удивление.
Ну вот, и этой не верится, что скромная историчка может встречаться с таким шикарным парнем.
Вероника нервно хихикнула. Скромная? Ну да, особенно в контексте последних событий.
В качестве великого одолжения Валентина Тимофеевна разрешила провести последнюю штудию в кабинете обществознания: там недавно сделали ремонт и поставили легкие одиночные парты из прочного пластика. Их можно было составить в кружок. Можно было сесть втроем, вчетвером, или наоборот отодвинуться в самый дальний угол. У доски было сделано небольшое возвышение вроде кафедры. Вот на нем Майка и разместила кольцевую лампу для фотосъемки, рядом поставила два стула.