Сегодня после работы Мике снова предстояла поездка в больницу на жутком транспорте. Девочка смирилась, посчитав её необходимым злом. Время, как никогда, тянулось медленно. Большая стрелка на часах над главным входом в торговом центре нарочно цеплялась за цифры. Тёма и Таня обращались с подругой, как с хрустальной вазой. Тамара Ильинична глядела сочувственно, и Мика сильнее нервничала: каждый жест, каждый взгляд окружающих напоминал о беде.
Но всё изменилось вмиг.
За час до конца смены день перестал быть нудным, а отцовский припадок временно отошёл на второй план. Мика и Таня стояли напротив детского отдела, Тёма раздавал листовки возле движущейся лестницы, Семён куда-то запропастился.
— В туалете, наверное, прячется, — мстительно припечатала Таня и вдруг громко охнула, показывая пальцем в сторону. — Смотри! Это же Полина!
Мика не поверила глазам. Протёрла их на всякий случай.
Подруга не ошиблась. По коридору шагала похищенная колдуньей сотрудница в стандартной униформе: синем платье без рукавов поверх белой блузки. Прическа отличалась от привычной. Светлые волосы девушка прежде собирала в строгий узел или хвост, теперь они свободно неслись следом.
Полина шла к детскому отделу, не замечая изумленных взглядов коллег. Она не считала собственное возвращение на работу делом необычным.
— Девочки, — обратилась Полина к Мике с Таней. — Вы мой телефон не видели? Серебристую раскладушку? Уверена, что в карман положила, но его нет. И кому понадобился, интересно? Он же у меня старый.
Мика молчала, будто вмиг лишилась языка. С губ Тани сорвался нервный хрип.
— Девочки? — Полина подозрительно прищурилась. — Вы в порядке?
Рядом раздался громкий возглас, а следом и грохот. Тамара Ильинична уронила манекен, который вынесла из магазина женской одежды. Того самого, стекло которого на прошлой неделе разбил Семён.
— П-п-п-олина? — пролепетала начальница, оглядывая вернувшуюся девушку с ног до головы. — Ты от-т-ткуда?
— Как откуда? — удивилась та. — Вы же меня сами на склад посылали.
Тамара Ильинична испуганно вытаращила глаза, став похожей на сову, разбуженную посреди дня.
- На склад? Деточка, это ещё в четверг было.
— Ну да, сегодня.
— Нет. Сегодня понедельник. Ты пять дней в розыске.
Полина засмеялась.
— Это какой-то розыгрыш? Тамара Ильинична, не думала, что вы у нас шутница.
— Какие шутки! — закудахтала начальница. — Вера — мама твоя — места не находит, а нас полиция допрашивала!
Людей вокруг всё прибавлялось. Сотрудники окружили Полину плотным кольцом, чтобы своими глазами убедиться, что та жива и здорова.
— Вот-вот, полиция! — негодующе заметил охранник дядя Гриша. — Они не поверили, что с тобой беда стряслась. Говорили, в путешествие уехала!
— В путешествие? — задумчиво переспросила девушка.
Никто не заметил произошедшей странности. Только Мика. Светлые глаза Полины затуманились, зрачки расширились. Зловеще мелькнули жёлто-черные искры: разгорелись и растаяли.
— Ну, конечно! Путешествие! — радостно вскричала Полина. — Я ездила в Лондон. Там потрясающее море! И пирамиды!
Сотрудники начали переглядываться.
— Какие пирамиды? — уточнила Тамара Ильинична благоговейным шепотом.
— Ну этого… как его… Хеопса! — девушка расплылась в счастливой улыбке.
— В Лондоне? — глаза начальницы полезли на лоб.
— Ну да. В пустыне, — Полина быстро закивала. — Мама зря волновалась. Я её предупреждала, а она, наверное, забыла. Возраст.
— Вера на три года моложе меня, между прочим, — обиделась Тамара Ильинична и решила зайти с другой стороны. — Хорошо. Допустим, мама забыла. А на работе ты кого-нибудь предупредила? Где заявление?
— Заявление? — взгляд Полины снова стал туманным.
— На отпуск!
Девушка задумчиво нахмурила лоб. Факты в голове складывались плохо.
— Какой отпуск, Тамара Ильинична? Я на склад ходила.
Толпа ахнула в унисон.
— Так, Полина, — начальница взяла девушку за локоть. — Тебе срочно нужно показаться врачам. Пусть обследование проведут.
— Обследование? — повторила Полина эхом. — Ну, конечно! Надо же прививки сделать. Тамара Ильинична, я уезжаю! В тропики! А там этот… как его… птичий грипп!
— Надо бы и полицию вызвать, — предложил дядя Гриша. — Чудные дела творятся.