- Оно великолепно, - Кейт заправила прядь волос за ухо. - Когда в детстве я приезжала в Госпел, бабушка обычно брала меня с собой на общественный пляж, - она указала направо в сторону города. Затем, подавшись вперед, прижала ладонь к стеклу, распрямив пальцы. Ее короткие, блестящие ногти были отчетливо видны. - Отсюда я могу увидеть пристань, - Кейт опустила руку и посмотрела на Роба. - Ой, прости, - нахмурившись, она повернулась к Саттеру. - Я оставила отпечаток руки на твоем чистом окне.
- Ничего страшного. Значит, у Мейбл будет чем заняться, когда она придет убираться на следующей неделе, - Роб сложил руки на груди и перенес вес тела на одну ногу. Его взгляд охватил гладкие, рыжие волосы, касающиеся стройной шеи. Он знал, что кожа, там, где шея переходит в плечи, была такой же нежной, какой выглядела.
- Твой дом прекрасен, Роб, - сказала Кейт. И это был первый раз, когда она назвала его по имени.
Конечно, Саттер представлял, как она произносит его имя. Но в таком контексте, за который, вероятно, получил бы пощечину. Пригласить Кейт зайти оказалось плохой идеей. Очень плохой. Он должен был указать своей гостье на дверь. А вместо этого услышал, как говорит:
- Хочешь увидеть все остальное?
- Конечно.
Теперь слишком поздно.
- Можешь оставить пальто здесь, если хочешь.
Он не предложил помочь ей. Он очень хорошо выучил этот урок в последний раз.
Кейт сняла пальто и положила его около пакета с продуктами. Она направилась к Робу, и его взгляд остановился на ее свитере, который облегал грудь и застегивался сбоку на пряжку. Черная кожаная пряжка. Такую было бы не сложно расстегнуть.
Не думай о пряжках.
Роб повернулся, и Кейт последовала за ним наверх. Первая комната, в которую они зашли, оказалась полна штанг и гантелей, и тренажеров. Перед зеркальной стеной стояла беговая дорожка и «Нордик трек».
- Ты действительно пользуешься всем этим? - Кейт закатала рукава, обнажая голубые вены на внутренней стороне изящных запястий.
- Почти каждый день.
Сначала Роб не мог отвести взгляд от ее шеи, теперь от ее запястий. Он чувствовал себя вампиром.
- Как-то раз я ходила в спортзал, - Кейт прошла в комнату и провела рукой по штанге. - «Золото на Фламинго-роуд». Я оплатила годовой абонемент и проходила три месяца. Боюсь, я не очень серьезно отношусь к фитнесу.
- Может быть, нужен кто-то, кто тебя бы мотивировал. - Роб смотрел, как ее ладонь и длинные пальцы скользят по лежащим в ряд хромированным гантелям. В своей прежней жизни он бы предложил себя, чтобы мотивировать Кейт.
- Нет, моя проблема не в этом. Я ходила со своей подругой Мэрилин, а она - фанатка степа. Она пыталась меня мотивировать, - Кейт покачала головой. - Но когда мои бедра начинали гореть огнем, я просто должна была прекратить тренировку и лечь. Я становлюсь нытиком, когда дело касается боли.
Роб засмеялся, хотя предпочел бы, чтобы она не упоминала о горящих бедрах.
- Пойдем, - он вывел ее обратно на площадку второго этажа, с которой открывался вид на вход внизу и зал, и сказал, указывая на закрытую дверь: - Это комната моей дочери.
- Она часто приезжает?
- Амелия никогда не навещала меня здесь. Она живет в Сиэтле с матерью, но когда строился дом, я сделал для нее комнату.
- Сколько ей?
- Два года.
Роб указал на еще одну закрытую дверь.
- Это ванная, но не думаю, что ей когда-нибудь пользовались.
Они прошли мимо чего-то, что походило на альков с диваном, на котором Роб никогда не сидел, и большим растением, которое он никогда не поливал.
- Ты была замужем?
- Нет.
- А собиралась?
- Несколько раз, - Кейт невесело засмеялась. - По крайней мере, я так думала. Хотя они были другого мнения.
- Да уж, это проблема.
Они подошли к открытой двери в его спальню. Место, где он представлял Кейт обнаженной. Привязанной к его постели или стоящей на коленях в лунном свете. Роб размышлял, должен ли чувствовать себя свиньей из-за того, что столько думал о ее наготе. И спрашивал себя, считалось ли это, ведь Кейт об этом не знала, а он не планировал когда-нибудь что-нибудь делать из того, что представлял. Он прислонился плечом к дверному косяку и засунул руки в передние карманы «Левисов». Глядя, как она молча двигается по его комнате, Роб спросил себя, будет ли он когда-нибудь в состоянии отделить Кейт, смотрящую из окна его спальни, от Кейт, которая хотела заняться с ним сексом в первую их встречу. Он в этом сомневался. В его голове эти две Кейт были так переплетены, что когда Роб смотрел на нее, этот образ всегда был у него перед глазами