- А я на своей свадьбе перепутал, начался ад и еще больший ад.
- В нашем случаи адом будет править сам сатана вместе со своей будущей женой.
- Не нагнетай, - попросил его сослуживец, - нам просто п…ц.
- У тебя получается вселять надежду на светлое будущее, - поблагодарил его я. – я прямо вижу его.
- Готовность… - напомнил первый.
- Мы входим, - сообщила рация.
СК. Двери открылись.
СК. Все смотрели на дверь.
СК. Заиграла музыка.
СК. Спецназовец в полном доспехе и закрытом забрале катил перед собой коляску с невестой. Дриада была одета в медицинский халат и с белыми чулками с рюшечками, на голове колпак, к которому красными нитками наспех пришили фату. Фатой же были размотанные медицинские бинты и белая ткань, в девичестве по всей видимости именуемая скатертью. На коленях у невесты букет из полотенца и клея.
СК. За коляской шли «медсестры-подруги» невесты и несли продолжение фаты, то есть скатерть. Все они улыбались и стеснялись.
Ну хоть у кого то праздник.
СК. Невесту докатили и поставили с лева от меня. «Медсестры-подруги» встали слева по подобию спецназовцев.
СК. Спецназовец, что катил невесту, хотел было встать к своим, но синхронное покачивание головами всего взвода, дало понять, что его, а точнее ее место, рядом с подружками невесты.
- Ди, это ты? - спросил я у невесты.
- Я попала в ад, - раздался из-под фаты голос полный ужаса, - они кружили вокруг меня и смеялись. Туда-сюда, туда-сюда…
- Ди?
- Они говорили какая я красивая, - не обратила на меня внимания подруга, - какие у меня красивые ноги, как им приятно заплетать мне волосы, говорили о том как мне повезло, что встретила тебя. Они смеялись, плакали, и без остановки бегали туда-сюда. Крис… - Ди схватила меня за сломанную руку и больно сжала локоть.
- Да? – чуть не плача спросил я.
- Женись на мне и забери меня из этого ада, пожалуйста. Мне страшно! Я больше этого не выдержу!
Кажется моя невеста сломалась.
- Я понял, - поддержал я подругу, - сейчас священник начнет вещать. Мы скажем слова и закончим на этом. А сейчас ослабь хватку, а то я потеряю сознание.
- Я не хочу здесь быть. – не отреагировала Ди, - Я не должна здесь быть.
- Вы что с ней там делали? – спросил я у подружек невесты.
- Одевали на нее платье. – с счастливым голосом пояснила одна из них, - такое счастье, такое счастье!
- Аж слезы наворачиваются, - призналась другая.
- Я всегда плачу на свадьбах, - призналась третья.
Я посмотрел на спецназовца что привез невесту как на самого адекватного представителя женской стороны, как я надеялся. Но мне только пожали плечами.
- Тогда как? Психологически зд… ну не здоровая, но уж точно стабильная женщина превратилась в запуганного параноика?
- Малой, на меня не смотри, - сказала Вилсон, - я ее только толкала к алтарю, и она все время плакала и говорила боже, боже! Я думала это слезы радости. У меня мало опыта в таких вещах.
СК. Священник обернулся.
Мать моя женщина, что ты с собой сделал?
СК. Джейсон с размалеванным лицом с красным крестом на груди и с пожелтевшей окровавленной тетрадкой в руках, начал говорить без эмоционально, смотря в одну точку, где-то на стене.
СК. Джейсон сильно волновался. Ударить в грязь лицом было нельзя, на него смотрела его любовь и богиня его души. Его друзья надеются на него, нельзя испортить главное событие в их жизни.
- Дорогие жених и невеста! – от голоса Джейсона стало холодно, вся атмосфера праздника, если она и была, испарилась, уступив место страху ужасу и отчаянию.
- Мама, - тихо пискнул кто-то.
СК. Джейсон знал, что будет волноваться, поэтому попытался спрятаться за гримом, так как подходящей маски не было. Он стыдился своей трусости выступления перед толпой, но надеялся, что никто не заметит его волнения.
- Дорогие гости! – лицо Джейсона неестественно кривилось, а разрисованное лицо не спасало ситуацию. Кто-то из гостей начал скулить, кто-то забрался под стол.
СК. Джейсон подвел глаза для выразительности, но подведенные тени превратили глаза в саму бездну кошмара. Легкий штрих на губах, не удлинял губы, а словно кровоточащая рана смеялась в приступе агонии. Лак для волос, который должен был пригладить волосы, топорщил их, превратив локоны в иглы, что будто медленно выходят из головы священника, те кто смотрел на прическу больше десяти секунд, готовы были поклясться, что слышат, их движение.