- Ло, - девочка кивает.
- Флора, - я киваю.
- Ло, - девочка продолжает кивать.
- Флора?
- Ло!
- Крис, - я указываю пальцем на нее.
- Кр, – девочка не кивает.
- Крис, - я указываю на себя.
- Кр, - девочка кивает.
- Ди? – указываю на нее.
- Ди! – она кивает
- Крис? - я указываю на себя.
- Кр. – она кивает.
- Флора? – указываю на себя.
- Ло, - не кивает.
- Флора? – указываю на нее.
- Ло! – Кивает.
- Ди, это реально ты или я окончательно поехал кукухой на нервной почве?
СК. Девочка кивает.
- Ты, жива!?
- Да, - плюнула в лицо мне девочка.
- П…ц, - это все что я мог сказать, потому что это слово характеризовало абсолютно все мои чувства.
- Пи… - девочка скривила личико в попытке правильного произношения, - да!
05 Тяжелое бремя родителя… (I Домашние хлопоты)
СК. Стук в дверь.
- Да-да, войдите. – последовало разрешение по ту сторону двери. – я на кухне.
СК. Крис вошел в квартиру.
Надо все правильно объяснить, нужно быть предельно честным и правдивым.
СК. Крис заглянул на кухню, хозяйка квартиры была все в том же похабном фартуке.
СК. Светлана Кузьминична поставила противень с пирожками в печку и вернулась к столу, на котором лежала подготовленная и разобранная часть номенклатуры ее арсенала.
- Здравствуй, Крис, - поприветствовала она меня, - Куда пропал? Где был? Почему не заходишь? Голоден?
- Тут такое дело, - начал я, позабыв все те отрепетированные варианты плавного перехода к проблеме, - я был в больнице, там пришлось полежать немного.
- Опять приступы? – женщина надела перчатки и приступила к чистке.
- Нет, не из-за них. – а я обещал не рассказывать, что было на работе, - мое пребывание в больнице никак не связано с моим диагнозом, там были иные причины, которые я не могу назвать… эм – лучше бы просто промолчал идиот
- Ты, не хочешь называть причины, почему был в больнице? - Светлана Кузьминична чистила затвор штурмовой винтовки, - Знаешь, я б на твоем месте была б по осторожнее с такими словами, у нас тут карантин как никак.
- Я не заразный, не волнуйтесь.
- Да, мне как-то поздно волноваться, свое я уже пожила, а вот ты, - хозяйка квартиры посмотрела на меня оценивающе, - явно волнуешься больше, чем следовало бы, будь у тебя все в порядке.
- У меня есть кое какие проблемы и я хотел попросить помощи у вас с Татьяной Петровной, а обратиться в надлежащие органы я не могу.
СК. Светлана Кузьминична отложила затвор и приступила к затворной раме.
- Наркотики, проституция, шантаж?
- «Витаминки» принимаю, проституции не касаюсь, шантаж плохо получается.
- То есть с законом у тебя проблем нет?
- Я в этом не очень уверен…
- А вот это уже интересно, - Светлана Кузьминична набрала сообщение в телефоне используя боек в качестве «пера», и продолжила чистку. – Что же у тебя такое могло случиться? Это как-то касается Флоры и ее странного завещания?
- В смысле странного завещания?
- Ты не знаешь? Ты же был на зачитывании завещания.
- Тот день я смутно помню, - да, Ди умерла и в тот же день адвокат зачитал ее последние слова. – Ди не стало и… как-то было не до того…
- Квартира Флоры переходит тебе, ее банковский счет тоже, но с условием. Ты можешь жить в квартире, но распоряжаться банковским счетом сможешь только после достижения восемнадцати лет. – Светлана Кузьминична взяла масленку, - А еще там есть достаточно странный пункт, который мы с Танечкой, так и не смогли понять.
- Какой?
- Если сестра Флоры, о которой мы никогда не слышали, между прочим. Заявит о своих правах и сможет открыть в присутствии адвоката и тебя сейф переданный банку на хранение, в течение 10 лет после ее смерти, то все ее имущество переходит ей.
- Сестра? – это то что вылупилось?
- Какая-то дальняя родственница, ее полная теска по имени и фамилии. – Светлана Кузьминична начала сборку винтовки. – Кстати, хотела тебя спросить, почему Флора завещала тебе все, что у нее было в официальных налоговых декларациях, и почему тебя адвокат несколько раз назвали «Мистер Грин»?