- В херовую я ситуацию попал, - не надо грубить взрослым, но если честно, гори оно все. Я хочу спать, и если мне предстоит провести в одиночной камере лет пятнадцать, то-о-о… я хотя бы высплюсь. – что вам от меня нужно?
- Осознай всю серьезность ситуации…
- Агент Смит, меня грохнут сегодня или завтра. Я так понимаю вы хотите мне что-то предложить? Оно, «возможно», не совсем законное, и опасное. Предлагайте, а я подумаю.
- Винни ручается за тебя, – Агент сложил руки на груди, - Я хочу, что бы ты, поучаствовал в одном… «разговоре».
СК. Комната полностью обложена плиткой. Нет окон. На потолке мощный вентиляционный винт. На полу сливные решетки. К столам для вскрытия пристегнуты трупы. Два человека в химзащите и противогазах, низкий и высокий, раскладывают инструменты. Один «труп» с обгорелыми волосами и красным лицом открыл глаза.
Конечно, три чашки экспрессо это хорошо, но где они были раньше.
- Я ему говорю, Вилли, - говорю я полнейший бред, - зачем ты с ним «сусукаешся»? Соски в тески и вот он уже рассказывает теорию квантовой механики.
СК. Обгорелый повернул голову на звук.
- Малой. – говорит переодетый агент Смит, - К тому моменту, ты их уже отрезал.
Я хочу, что бы, ты, поучаствовал в «разговоре». Спектакль на допросе. Так бы сразу и сказал. Что было тянуть.
- М-да? – Что я там говорил? – тогда провода к яйцам.
СК. Обгорелый судорожно вспоминал где он.
- Что-то, ты, злой сегодня?
Злой ли я? Ты ничего по оригинальней придумать не мог? Конечно, я злой, уставший… я устал даже жаловаться сам себе. А это нонсенс.
- Работа задолбала. – я бросил пилу на стол, - я три дня на ногах из-за двоих п…
СК. Открылась дверь. Крис замялся, в комнату въехал инвалид колясочник с папкой документов на коленях.
- Малой, меньше мата, - Вилли пригрозил пальцем мне пальцем, - а то оштрафую.
Оштрафует он меня. Сам просил пореалистичней. Первое правило импровизации, нельзя говорить «нет». Убогая у нас, какая-то постановка, детский утренник «Ясно солнышко».
- П… п… пациентов с отрицательным уровнем развития. Я весь день катался по адресам и убирался по всему городу. Почему банды не живут в одном здании? Хотя бы в одном районе?
Как ты там говорил Вилли?
«Крис, постарайся не дергаться, и не волноваться. Когда придется говорить, помни что бы не поймали на лжи или страхе, говори то, что ты теоретически можешь сделать, не взирая на мораль и прочие преграды. Главное сам поверь в такую возможность, понял?»
И так Крис, ты психопат «убирающий» людей за деньги. Самое отстойное что это правда. Отчасти. Я надеюсь. В смысле, я надеюсь, что это отчасти, а не… ох.
- Наши помогали?
Какие наши? Ты, пытаешься придать нашей «организации» веса и масштаба?
- Да. Желали счастья здоровья, придурки, - я повертел у виска ножом для колки льда в знак полного абсурда и как я надеялся демонстрируя собеседнику все что я думаю по этому поводу. - из-за двоих…
- Не выражаться! – Вилли застрял колесом в решетке слива, - бл…
Зашибись.
- С вас штраф, шеф. – заметил Агент Смит.
- Да, кто тебе поверит? – Вилли пытался рывками вытащить коляску из западни решетки.
- Здравствуйте, Госпожа Смит, - обратился я за спину инвалида.
- Дорогая, я не сквернословил, не верь… - инвалид прикрыл голову папкой, обернулся к надвигающейся опасности и увидел… никого. – с…и, нельзя, так пугать старика.
- С вас, уже две сотки, - сказал Агент, и посмотрел на меня.
Сценарий и так пошел по одному месту, чего теперь та?
- У меня абонемент, - парировал Вилли.
- А Госпожа Смит, о нем знает? – поинтересовался я.
- Знает, все она знает. – раздраженно ответил инвалид. – Я не знаю, что она обо мне может не знать. Она даже знает сколько я туалетной бумаги использую. Мой вам совет - не женитесь! Брак - это боль и унижение, контроль и подчинение. Как только ты одеваешь кольцо - ВСЕ! Тебя можно хоронить. У тебя нет ничего своего, только ЕЕ и НАШЕ!
- Здравствуйте, Госпожа Смит. - Снова обратился я за спину инвалиду.
- Дорогая, я рассказывал о несчастных браках! У нас с тобой все иначе!... – Вилли обернулся и понял, что за спиной опять никого нет. – Иди сюда, мелкий гадёныш, решим все, как с мужчина с мужчиной.