– Это в последний раз. Нам нельзя, – промямлила она сквозь сон.
– Спи, – не стал ни отрицать, ни соглашаться со словами окончательно заснувшей Василисы.
Тем более, уже сейчас знал, что это далеко не последний раз. В отличие от кое-чего другого. Но это позже. А пока я поправил на своей вновь спящей красавице одежду, пересадил её на соседнее кресло, вернул своё в прежнее положение, забрал с дороги пакет с покупками и только тогда тронул автомобиль с места. До дома доехал в кратчайшие сроки.
Игнат, как я и думал, ждал нас у парадного входа. Возле него я и остановился. Как можно ближе, чтобы не пришлось нести девушку через весь двор по морозу.
– Забери Василису, она заснула ещё по пути в магазин, – сказал ему, выбравшись из автомобиля. – А потом жду тебя в кабинете, – предупредил, взял с заднего сидения пакет и направился с ним на кухню, чтобы переложить все покупки в шкафчики и холодильник, к которому одним из магнитов прикрепил чек из магазина с припиской «Для Василисы».
Брат, отреагировавший хмурым молчанием на мой фактически приказ, явился в кабинет довольно быстро. Без разговоров, как только он закрыл дверь за собой, от души врезал ему кулаком в живот. Тот ничего подобного, конечно же, не ожидал, резко выдохнул и согнулся пополам. Я же сжал до боли его плечо и тоже склонился, прошептав тихое на ухо:
– Ещё хоть раз я увижу на Василисе хоть один синяк, клянусь, я верну тебе каждый из них в тройном размере! – предупредил, на мгновение сдавливая пальцами его плечо ещё сильнее, почти до хруста, и только потом отпустил и выпрямился, глядя на него со всей мрачностью. – Ты чем вообще думал, когда избивал её? Ещё и беременную! Совсем с катушек съехал, что ли, на почве своей идиотской недоревности? – дополнил уже громче.
– А я почти забыл, как обострено твоё чувство справедливости, брат, – сквозь кашель, сипло выдавил из себя Игнат, тоже схватился за моё плечо, медленно разгибаясь.
– А я надеялся, что с годами ты станешь сдержанней и умней, брат, но видно не судьба, – вернул ему ни разу не колкость.
Родственник брезгливо ухмыльнулся, полностью выпрямляясь.
– Иногда она такое вытворяет, что самоконтроль мне только снится, – фыркнул. – Но я стараюсь. Честно. Тут ты прав. Мне не стоило, – согласился.
А я… снова ему вдарил, да. На этот раз по роже. Туда же, куда он ударил Василису. Тот пошатнулся и отступил, путаясь в ногах, но не упал, удержался. Что сказать, силу ударов я хоть и рассчитывал, но не особо, если честно. Чтоб запомнил.
– Мне плевать, что она вытворяет, Игнат. Ты больше не будешь её бить. Я всё сказал. Найди своей агрессии иной выход. Купи себе грушу и колоти почаще. Помогает. А к девчонке не лезь.
– Да я уже…
Дожидаться окончания фразы я не стал, ушёл. Побоялся, что иначе точно прибью нахрен.
Ведь даже не раскаивается!
Урод!
Но ничего. Как успокоюсь, заново пообщаемся…
Глава 28
Ярослав
Ночь выдалась бессонной. Спать хотелось неимоверно, но не получалось. Ворочался из стороны в сторону, прислушиваясь к шагам в коридоре. Дверь специально закрывать не стал, благодаря чему слышал, как брат заходил к Василисе в комнату. Час просидел там, не меньше, после чего ушёл. Пришёл уже я. Просто чтобы удостовериться, что всё хорошо. Не знаю, почему я стал вдруг таким мнительным по отношению к Игнату. То ли из-за синяка этого долбанного, то ли… из-за другого чувства, что свинцовой тяжестью осело в лёгких, мешая нормально дышать и думать. По итогу, к утру ничего, кроме головной боли, не заработал. И на завтрак спускался в самом мрачном расположении духа.
В столовой к этому моменту находился один брат. Одетый, как всегда, что говорится с иголочки, в классический костюм тройку. А на скуле глаз радует синяк – яркое напоминание о том, что я сделаю с ним в том случае, если он ещё хоть раз тронет Василису.
Последняя отсутствовала в столовой ввиду сдачи анализов этим утром. Натощак нужно. Это напомнило и о другом. Потянулся во внутренний карман пиджака, доставая оттуда бумажки с направлениями, и кинул их в сторону Игната, после чего уселся рядом.
– Сам отвезёшь? – поинтересовался, принимаясь за кашу.
– Да. Отвезу, – кивнул сухо.
– Хорошо, – отзеркалил его жест. – Как я понял, всё сразу в один день не пройти, так что уточни там на ресепшене, как их лучше поделить.
– Слушаюсь, мамочка, – ухмыльнулся родственник, помолчал немного, а после одарил заинтересованным прищуренным взором: – Крёстной будешь?
– Ага, феей, – согласился я с ним. – И раз уж ты сам об этом заговорил… – замолчал ненадолго, подбирая слова. – Наверное, стоило сказать сразу… да всё как-то не получалось, – поморщился. – В любом случае, ты должен кое-что знать. Это касательно…