– Игнат – хороший, – призадумалась восьмилетка. – А разве хорошие мстят другим? – всё же решилась поравняться со мной, заглядывая в переноску.
– Мы были детьми, – пожал плечами, наблюдая за её манипуляциями. – Всякое бывало. Но при всём при этом всегда защищали друг друга, если кто-то одного из нас решал обидеть.
Впрочем, Полина меня уже почти не слушала. Только угукнула, шагнула ближе к переноске, открывая её, да так и застыла с приоткрытым ртом, с восторгом наблюдая, как две любопытные мордочки высунулись из приоткрытой дверцы и принялись осматриваться, внюхиваясь в окружающее пространство.
– Хорёчки-и-иии… – протянула с умилением.
Вот же, блин. Как мало для счастья надо бывает. Особенно, детям.
– На подоконнике пара буклетов о том, как за ними ухаживать, чем кормить и всё такое. Изучишь на досуге. Еда там же, в пакете. Разберёшься? Я пока им клетку соберу, – кивнул в сторону лежащих в углу стен домика, – а то, боюсь, нам с тобой точно по тыковкам настучат, если кто из персонала заметит их бегающими по всему дому. Наша управляющая, знаешь ли, и половником огреть может, – рассмеялся коротко.
– То есть, это мне хорёчки? – недоверчиво уставилась на меня. – Правда мне? – округлила глаза со счастливой улыбкой, а немного погодя и вовсе запрыгала от радости. – Хорёчки! Хорёчки! Такие замечательные хорёчки! Ур-ра!
И только потом решилась потянуться к одному из зверьков. Сперва затронула, потом погладила. Я же, понаблюдав ещё немного, поняв, что те ведут себя вполне прилично для животных, действительно сосредоточился на собирании для них клетки. Тем более, заняло это не так уж много времени.
– Готово, – оповестил весело смеющуюся девочку, усевшись прямо на пол рядом.
Животные уже вовсю бегали по ней, стремясь зарыться в её длинные волосы, отчего девочка изредка повизгивали и тискала их в ответ.
– Ой, так здорово! – зелёные глаза по-прежнему горели радостью и восторгом. А ещё через секунду меня крепко обняли за шею. – Спасибо! – выдохнула Полина.
– Да не за что. Но сделай милость, не таскай их с собой по всему дому, ладно? Играй с ними в комнате. А то ж точно секир башка будет. Причём, мне в первую очередь.
– Половником огреют, да? – грустно вздохнула Полина.
– И им тоже, – хмыкнул. – Надо просто подготовить народ к такой новости. Чтоб не пугались. И не прибили малышей с испуга. Кстати, имена уже придумала? Два мальчика это, если что.
– Хм… – протянула Полина. – Братья, получается, да?
– Да. Потому и не стал разлучать. За второго обидно стало, – погладил пальцем одного из хорьков, по-прежнему сидящего на её плече, в то время как второй с присущим ему природой любопытством принялся изучать комнату.
– Если братья, тогда и назову, как тебя и Игната! Чтоб такие же неразлучные были! – сообщила гордо. – Вот этот – будет в честь тебя, – ткнула пальцем в того, которого я только погладил. – А там – Игнат!
Вот тут я закашлялся. Воздухом подавился.
– Спасибо, – поблагодарил за оказанную честь.
– А что? Вдруг Василисе тоже понравится, и она тогда их точно разрешит оставить? Она же любит Игната. И этого тоже полюбит тогда!
Внутренне передёрнулся от её слов. Но на деле просто улыбнулся и погладил девочку по голове.
– Ладно, малыш, мне нужно к брату. Я же могу тебе доверить этих хомячков, да? – поддел её.
– Это же не хомячки, – меня одарили таким взглядом, словно я несусветную глупость сморозил.
– Хомячки, хорьки, один фиг грызуны, – щёлкнул малышку по носу. – Ладно, пойду я, – поднялся на ноги.
– А можно я их сразу к себе отнесу? – посмотрела на меня с надеждой.
– М-м… А Василиса? – протянул с сомнением, как никогда ярко представив себе её реакцию на такое соседство.
– Она спит! Я ей утром всё-всё сама расскажу! – сложила ладошки вместе перед собой в умоляющем жесте. – Ну, пожа-алуйста!
И я слабак, да. Потому что сдался. Просто невозможно смотреть в эти большие зелёные глаза и отказать. Хоть в чём-то. Как у куколки только получается?
– Ладно. Но если они её разбудят, кричи на весь дом. Я лучше сразу в город свалю. А то твоя сестра из меня сама того же хорька, чую, сделает. Так и представляю себе эту картину, – с губ сорвался смешок.
Ответом мне послужил заливистый девчачий хохот.
Я снова потрепал Полину по волосам, и вместе мы направились на выход.
– Ты такой большой, а Василиса такая маленькая в сравнении с тобой, но ты её боишься! – пояснила своё веселье восьмилетка.