– Может…
Вот только мой мозг выдавал совсем иные теории. И ничего хорошего в них не было. Вот и озвучивать не стал ничего из того, что пришло в голову.
– Ладно, Олегыч, спасибо тебе. Помог. Я твой должник.
– Да ладно, будто в первый раз друг друга выручаем. Но от хорошего коньяка я бы не отказался.
– Замётано.
Но и это оказалось не последним сюрпризом на сегодня. Я только открыл последние звонки, чтобы всё-таки позвонить Василисе, как следующий звонок не заставил себя ждать и не позволил выполнить нужное.
Милена…
– О, наконец-то ты в доступности! – прокричала девушка. – Ты где пропадал?! Я тебе уже битых два часа, как пытаюсь дозвониться! У тебя там невесту уводят, а ты…
– Стоп! – прерывал поток поступающей информации. – А теперь нормально и без криков. Чётко и коротко.
– Да куда уж короче?! – возмутилась Милена, но вдохнула и уже спокойней пояснила. – Игнат вернулся. Решил жениться сегодня. Точнее, церемония как раз должна была уже начаться. Василиса позвонила час назад, попросила тебя предупредить. Но, Ярослав… – замолчала ненадолго. – Её телефон отключен. И я не знаю, ни как она, ничего, – закончила совсем тихо.
В душе ураган из эмоций взметнулся. Привычно загнал их в глубины души. Потом будет жёсткий откат, но это будет потом. Сейчас нужно действовать. Но, блядь! Знал ведь, что нехер было уезжать и оставлять её одну! Знал и позволил себе повестись на её успокаивающие речи! Сам дурак!
– Где церемония, говоришь, проходит? – поинтересовался сухо через паузу.
– В усадьбе. Меня туда, кстати, не пустили! – снова возмутилась Милена.
Дальше я её уже не слушал. Отключил вызов.
– Меняем план действий, – выдал притихшим парням. – Игнат вернулся. Свадьбу закатил в усадьбе.
– То есть, следил, получается за вами, – сделал верные выводы Костян.
– Получается, что так, – отозвался я безэмоциональным тоном.
– Да ладно, что мы, с обычным уголовником не справимся, что ли? – отшутился Юрка.
Друзья поддержали и принялись привычно шутить. Я не участвовал. Они всегда балагурят перед боем. Это позволяет немного расслабиться и морально подготовиться к будущему. Но не сегодня. Не для меня. Потому что я вдруг прекрасно понял, что по-хорошему уже не разрулить сложившуюся ситуацию. Либо он, либо я. Иного не дано. И…
Жизнь всё-таки полное дерьмо!
Глава 33
Василиса
Больничные коридоры были полны суеты. А вот нужная мне палата хранила тишину и пустоту. Сидящая на краю постели женщина едва ли дышала, не шевелилась вовсе, бездумно уставившись в окно, до побеления пальцев сжимая кулаки.
– Волнуешься? – обратилась я к ней, застыв в паре шагов.
Жанна отозвалась не сразу. Какое-то время продолжила молчать.
– Прискорбно осознавать, что все старания могут покатиться к чёртовой матери из-за какой-то там дурацкой опухоли, которую и видать – не видела никогда. Не проснёшься, и всё.
То есть, волнение – ещё слабо сказано…
– Это одна из лучших клиник, и врачи обещают хороший прогноз, – утешила мачеху, как смогла.
Та скривилась, как от зубной боли.
– Не обязательно делать вид, будто тебе не плевать, что со мной будет в итоге, – поморщилась она снова.
– Если бы это было реально так, – противопоставила я, – меня бы здесь не было.
Не только здесь, в клинике. В самом городе тоже. Душа до сих пор рвалась вслед за Ярославом и Полиной.
Почему я не улетела вместе с ними?
Совесть, наверное…
Или же я просто-напросто – дурная…
Не знаю.
– В тот день, когда я сообщила тебе, что у меня рак, ты пошла на своё очередное свидание, Василиса. Как ни в чём не бывало, – отозвалась Жанна. – Так что я совсем не удивилась бы, будь оно в самом деле так.
Да, не самое удачное время для выяснения отношений, но что поделать, заткнуться уже не получалось.
– На тот момент это звучало, как оправдание, если ты вдруг забыла. Где-то между «я нашла тебе стоящего жениха» и «не шляйся с кем попало», – оправдала собственную реакцию. – Но вообще, если бы ты сама хотя бы иногда интересовалась мной, а не только тем, сколько в меня вложила и как вернуть свои вложения, то, вероятно, я бы действительно беспокоилась о тебе чуточку больше, – не стала скрывать.
Честно говоря, в голове до сих пор не укладывалось. Ни её болезнь. Ни то, что этот наш с ней разговор в самом деле может быть последним. И что уж там, да, я в самом деле чувствовала вину. За то, что сомневалась. И не заметила, как женщина, с которой я жила под одной крышей, смертельно больна. Какой бы они ни была.