– Та-ак, ясно, – прошипел, окончательно теряясь в приливной волне злости, и направился на выход из этого места порока.
Куколку тоже за собой потащил, конечно же.
– Стой! – попыталась притормозить та. – Куда мы… – запнулась. – Ярослав!
– Помолчи, – поморщился, притянув её к себе вплотную, а после поднял на руки.
И тут же получил кулачком в плечо.
– В следующий раз будет по лицу, – предупредила куколка.
Я промолчал. Сперва дошёл до своего джипа. Затем усадил в него свою драгоценную ношу, затем сел сам. И к ней развернулся.
– Почему же в следующий раз? Можешь бить сейчас, – улыбнулся снисходительно, хотя внутри всё продолжало печь.
– А что, это поможет прибавить тебе мозгов? – съехидничала куколка.
– Если кому здесь и надо прибавлять мозгов, так только тебе. Ты чем вообще думала, когда соглашалась на такие танцы? Захотела быть оттраханной сразу десятком озабоченных юнцов? – всё-таки сорвался на крик. – И всё из-за какой-то нелепой обиды, которую и обидой-то назвать нельзя? Почему же я там, – махнул в сторону предположительного нахождения клуба, – не танцевал ни с кем, хотя тоже мог? Какого нахрен хуя ты вообще творишь, а? – ударил по рулю, отчего тишину ночи оглушил звук клаксона.
– Да я понятия не имею, что ты там делал, а что нет! Всё, что я знаю, так это то, что ты оставил меня голой на кухонном столе и свалил нахер! Так что – да, я буду танцевать с кем хочу и как хочу, а тебя спрашивать не буду!
Серьёзно? Я её оставил неоттраханную, и поэтому она не нашла ничего лучше, чем в отместку мне тереться своей полуголой задницей о чужой член?!
Ну и…
– Отлично. Давай, вали нахрен туда, куда так сильно хочется, – потянулся через неё к дверце, открыв ту, старательно игнорируя зудящее чувство злости и бессилия, что планомерно разрасталось внутри меня. – Давай, иди, трахайся, с кем хочешь, делай, что хочешь. Похуй мне! Это же куда лучше, чем дослушать меня или просто позвонить и попросить вернуться. Вот и мне тоже лучше. Будет. Без тебя.
Когда-нибудь – непременно…
Она открыла рот, но так и не ответила. Поджала губы. Сжала ладошки в кулаки. Сидела и смотрела на меня, шумно дыша. Секунды две. А потом… сделала, как я сказал. Толкнула дверцу, открывая её шире, буквально вывалилась из машины, чудом только не упала, выпрямилась и зашагала обратно к таунхаусу.
Я же остался сидеть за рулём и смотреть ей вслед, чувствуя, как быстро грохочущее в груди сердце постепенно замедляет своё биение. С каждым её шагом от меня. С каждой пройденной секундой. С каждой упавшей с неба чёртовой снежинкой. И кажется оно всё-таки замерло. Окончательно. Вместе с захлопнувшейся дверью чужого дома. И резко стартовавшим с места джипом.
Глава 11
Василиса
Ладони то и дело сжимались в кулаки. Однако это не спасало от судорожной дрожи, пронизывающей пальцы. Меня банально трясло. Нет, не от холода, несмотря на то, что шла по дорожке к таунхаусу Устиновых без верхней одежды. И даже не от злости. Хотя вполне закономерно было бы злиться и пребывать в ярости. На этого несносного хама, психа и грубияна! Нет, совсем не злилась. И сама не могла понять, что со мной не так. Обидно? Тоже нет. Сама ведь виновата, заслужила, чего уж там. Ещё этим утром поняла, что мужик мне достался жутко ревнивый, а значит и его реакция вполне закономерна, знала, что будет как-то так. Тогда что? Что за дебильное свербящее чувство, выворачивающее душу наизнанку? Словно через мясорубку пропускают, а потом со всей дури размазывают по стенке. В ошмётки. Моё сердце.
Впрочем, не одной мне было паршиво…
Антона, Милену и Роберта я нашла, так и не покинувших гостиную. Разве что с пола переместились на диван. Подруга, по-обыкновению, ворчала на своего брата. А тот болезненно морщился, пока она прикладывала лёд к его носу.
– Ты как? – спросила я, подойдя к ним. – Извини, что так вышло, – повинилась следом.
– Жить буду, уже радует, – гнусаво отозвался Роберт с ухмылкой. – Удар у твоего мужика, что надо, – показал большой палец. – Но ты это… в следующий раз предупреждай, что ли.
– А тебе самому мозги на что? – парировала сурово подруга. – Сказано же было, занята она. Нет, надо было выпендриться.
– Он просто… вспыльчивый. Немного. Иногда, – развела руками. – А ты чего не уклонился сам-то? – поддела.
Всё-таки далеко не ботаник. Зря что ли в команде по сквошу состоял в этом своём Йеле? Реакция должна быть что надо.