– Ты не вовремя, – отчеканил бесстрастно Игнат, ни разу не взглянув на вторгшегося.
Только на меня и смотрел. Пока я, пребывая в ступоре, раз за разом мысленно умирала, представляя, что именно видит Ярослав.
– Вижу. Виноват. Не подумал.
Дверь за ним захлопнулась громче нужного.
Глава 19
Ярослав
Блядь!
Это ж надо так!
Пришёл поговорить с братом, называется.
Стоило догадаться, что тот не один.
И почему я решил иначе?
Хотя кому я вру? Я просто хотел своими глазами убедиться в очевидном. Чтобы надежда на то, что я всё не так понял, перестала душить глотку. Ведь сложно не заметить ту грусть и отчаяние, которые поселились с некоторых пор в зелёном взоре, из-за чего я и согласился помочь Василисе встретиться с подругой. Вот и… убедился. И что делать с этим всем теперь не знал ещё больше.
В прошлый раз едва душу не выбил из брата, застав его со своей девушкой. А в этот… отошёл, да. На кой хрен позориться повторно, когда итог един? В конце концов, если уж один раз переборол, то и второй смогу. Просто нужно время. И расстояние. Правда, по итогу, так и не уехал никуда. Засел в кабинете первого этажа с бутылкой дорогущего вискаря, который хлебал прямо из горла. Но долбанная картина, засевшая в мозгах, снова и снова прокручивалась в памяти, с каждым разом разрастаясь всё большими подробностями. И продолжением. И это хуже, чем раньше. Ведь правда думал, если увижу, то отпустит. Смогу вытравить из себя ту ночь. Саму Василису. Не вышло. Сам себя подставил. А перед глазами вновь этот её горящий взгляд с расширенными зрачками. И приоткрытые в немом призыве губы. Влажные. Манящие. Ждущие. Вот только не меня. Хотя мой член и считал обратное. Никак не желал успокаиваться. Ещё один наивный идиот. А мне всё больше хотелось вернуться и прервать их общение, забрать куколку себе. Запереть. И плевать, что она обо мне подумает. Плевать, что, возможно, будет ненавидеть. Да и вряд ли эта ненависть будет сильнее моей. Хотя нет, снова лгу. Не ненависть меня душит. Нет. То, что гораздо глубже. Острее. Занозой поселилось в сердце, не достать. А если я кого и ненавижу, то это себя. Что сижу здесь и предаюсь жалости к самому себе. Бездействую. Но даже осознавая всё это, я продолжал сидеть. Усилием воли сдерживал никому ненужные порывы. А в горле тошнота. В венах смертельный холод. В сознании жгучий яд. А всё эта…
– Сука! – швырнул недопитую бутылку об стену.
Та на удивление выдержала. Не разбилась. Упала на пол. Откатилась на середину кабинета, но ни капли не пролилось. Конечно, там ведь и нечему уже проливаться. Я всё выпил.
Нет, нужно что-то с этим делать. Не буду же я теперь постоянно заливаться алкоголем? Тем более, всё равно ни черта не помогло. Только ещё отвратней на душе.
Зря я всё-таки позволил брату привезти меня сюда. Как и зря остался. Надо было, как вернул Василису в усадьбу, сразу уехать обратно в город. Точно, так и сделаю. Вот прямо сейчас. К тому же, скорость – неплохой способ сбросить напряжение. А то ещё немного и точно начну бросаться на людей. Опять. Желательно на Василису. Припечатать её к стене и выбить всю правду, на кой хрен она всё это затеяла. Только не был уверен, что хочу знать эту самую правду.
Сказала, не хотела причинить боль…
Ну да. Именно поэтому, наверное, довела до такого исхода. Не хотела бы, не лгала. Не раз спрашивал. Сегодня – в том числе. Но молчит, как воды в рот набрала. А когда не молчит, грубит. Да и чёрт с ней. Не желает говорить, я тоже настаивать не буду. Плевать мне. Забуду. Как уже забывал однажды. Та другая тоже в своё время поигралась, а затем ушла к брату. Он же старший из нас. Истинный наследник всего состояния! Именно поэтому я никогда больше не связывался с девушками нашего круга. Избалованные прогнившие насквозь твари, думающие лишь о деньгах и власти. И эта, как оказалось, такая же…
– Гнида.
Скривившись, поднялся из кресла и направился в гараж, стараясь больше не вспоминать об одной зеленоглазой бестии. Об которую едва не споткнулся, спускаясь по неосвещённой лестнице на подвальный уровень.
– Какого? – выругался в первое мгновение.
Она сидела прямо на ступенях, прижавшись к стене плечом, и обнимала руками согнутые в коленях ноги. И было в этой позе столько трогательности и беззащитности… Не смог пройти мимо, в общем. И в последний момент удержал себя от того, чтобы присесть и поинтересоваться, всё ли у неё в порядке. Просто замер рядом и с некоторое время молчал, глядя на неё сверху-вниз. Ровно как Игнат ещё недавно. И вот зря я об этом подумал. Взгляд тут же упал на опухшие губы. Только успокоившийся член снова напомнил о своём существовании.