- Вообще-то, я живу здесь неподалёку, а что касается учёбы, так кто бы говорил. Увидел, что ты не пришла и решил слинять. Я уже весь испереживался, вчера ко мне не вышла и даже трубку не брала. И сегодня уже раз двадцать звонил, а ты вне зоны доступа.
Спохватившись, Лера полезла в сумку и вытащила телефон, погасший экран наглядно показывал, что он нуждается в подзарядке. Видимо аппарат ещё с вечера разрядился, но ей было не до него.
- Слушай, Стёп, я не завтракала и теперь так есть хочу, что скоро умру, да и телефон зарядить не помешает. Может к тебе пойдём? Дашь мне свой зарядник?
- Ко мне? Ну пойдём, - парень несколько замялся, словно стесняясь, а потом продолжил:
- Только пожалуйста не пугайся, я живу в бараке на четыре семьи.
- Нашёл чем пугать, я что, похожа на королеву английскую?
- Нет, ты намного лучше.
- Спасибо, конечно. Знаю, что неправда, но всё равно приятно.
Лера пошла следом за Степаном и вдруг подумала, что оказывается почти ничего о нём не знает, хотя они общались уже довольно давно, правда встречаться стали всего месяц назад. В группе ни для кого не было секретом, что парень в неё влюблён.
Отношения молодых людей развивались постепенно, они ещё даже не целовались. Лера была домашней девочкой и не позволяла никаких вольностей, да и сам Степан робел, когда находился рядом. Прежде она никогда не бывала у него в гостях.
Девушка вошла в дом и с любопытством огляделась. Зрелище конечно было жалкое, обычная коммуналка, но только в бараке. Степан проживал с отцом в одной из комнат, его мать умерла, когда он был ещё ребёнком.
Отец так и не женился, поскольку всё ещё тосковал по своей покойной жене, по этой причине часто прикладывался к бутылке, но сына старался не обижать.
Мужчина работал крановщиком на стройке, получал не так уж много, да ещё и пропивал порядочно. В свободное от учёбы время, Стёпка хватался за любую работу, чтобы помочь отцу, но на жизнь всё равно не хватало.
Жители барака ждали скорого расселения и не трогались с места. Отцу Степана тоже должны были выделить однокомнатную квартиру в новом строящемся по соседству доме, а пока оба ютились в чистой, но вместе с тем скудно обставленной комнате.
Подружки подкалывали Леру, предполагая что у парня всюду висят её портреты, но нет, ничего такого видно не было. На стене висели только часы и настенный календарь.
- Лера, проходи, а я пока чайник поставлю и что-нибудь поесть организую. Будешь глазунью?
- Буду, сейчас я готова съесть всё, что угодно.
Степан вышел на кухню и уже спустя 5 минут занёс дымящуюся на сковороде яичницу, выложил в тарелку, нарезал крупными ломтями хлеб, достал масло, варенье и разлил по большим бокалам горячий чай, после чего взглянул на Леру и широким жестом пригласил к столу.
Придвинув к девушке тарелку, он твёрдо произнёс:
- Ешь, а потом будешь рассказывать, что случилось и почему ты плакала.
- А ты?
- Я не голоден, - соврал Стёпка, не мог же он сказать, что в холодильнике не было ничего готового и осталось только три яйца.
- Я без тебя не буду, бери вилку и садись рядом.
- Лер, я чай попью с хлебом с маслом и вареньем.
- Вот после яичницы вместе и попьём.
Парень со вздохом взял вилку и приступил к трапезе. Обед проходил в молчании, а потом настало время для откровенного разговора. Лера принялась рассказывать и снова поддалась эмоциям. Она рассказывала и плакала, а потом снова рассказывала.
- Ты представляешь, что я пережила?
- Лера, не плачь, успокойся. Что собственно такого случилось, чтобы так себя изводить?
- И ты ещё спрашиваешь? А ничего, что моя биологическая мамашка шлюха, а отец бандит? Или по-твоему это нормально?
- Так ведь у тебя есть другие родители, которые тебя любят и во всём поддерживают.
- Что ты, я теперь ни за что к ним не вернусь. Ну не смогу я смотреть им в глаза, понимаешь? Папка наверное даже не в курсе, что его любимая доченька от бандоса. Мало того, что Юля обманула бедного мужика, так ещё и повесила на него чужого ребёнка.
- А что если он обо всём знал?
- Тогда ещё хуже, значит они с Ларисой оба обманывали меня с самого начала.
- Что значит обманывали? И вообще, в какой момент они должны были об этом рассказать? Когда тебе было 5 лет, или 10, а может все 15? В любом случае было бы больно, так же, как и сейчас. Только тебе уже 19.
- Стёпа, а ты вообще на чьей стороне?
- Я всегда буду на твоей стороне, Лера, и ты об этом знаешь. Но тебе всё равно нужно поговорить с родителями.
- Зачем? Жить с ними и знать, что меня приютили из жалости, как бездомную собачонку?