— Да-а, — пробормотал Китаев. — Влипли мы. Влипли, — повторил он, разглядывая ту злополучную суточную диаграмму. — Посмотри сюда. Видишь? — Китаев ткнул пальцем в чернильное пятно, похожее на одноухого зайца. — Был тут еще вариант... Как только стало ясно, что мы зарезались в сторону, Усольцев предложил бурить новый ствол, а старый залить цементом. Это была остроумная идея, однако рискованная: цемент реагирует с раствором, поэтому бурить надо было на технической воде, но в этих интервалах такое не проходит: газок-то не дремлет. Посоветовались в объединении. Те говорят: бурите, но не заливайте. Стали выравнивать угол. Собрали кривую компоновку. Пошли. Сделали замер. Вроде нормально. Опять пошли... Вот тут-то Сухоруков вахту и принял. И через сорок минут попал в старый ствол... Так что теперь вариант у нас только один: ставить цементный экран, ага? Изолировать пласты надо...
— Зачем, Васильич? — спросил я.
— Понимаешь, теперь-то ясно, что мы зарезались в старый ствол. А у него окончательный забой...
— Две-сто.
— Две-сто... Пласты «А». Значит, возможны перетоки газа из пластов «А» в сеноман и талицкую свиту. Наверх, поближе к устью. И что же тут у нас получается? На глубине тыща семьсот этот газок легко держится раствором один-двадцать. А выше? Догадываешься, в чем тут дело?
— Что-то из области физики... Ну да: удельный вес — это же граммы на кубические сантиметры. Как говорил Остап Бендер, на каждого из нас давит столб... Ладно. Значит, если столб раствора выше... Общее противодавление раствора на пласт возрастает с глубиной забоя при неизменном весе промывочной жидкости. Так?
— Соображай дальше. Сеноман и талицкая свита — это шестьсот — семьсот метров от дневной поверхности. Если сюда рванет газ с пластов «А» — потребуется удельный вес «два» и повыше...
Я посмотрел на схему геолого-технического наряда. Изогнутый ствол промысловой скважины, пронзая песчаники, глины, известняки, вскрывал газовые шапки и нефтяные пласты, теряясь в девонских толщах, в окаменевшем царстве панцирных, двоякодышащих и кистеперых рыб. Если в процессе бурения скважины будут вскрыты горизонты с разными коэффициентами аномальности пластовых давлений, возникнут... возникнут... возникнут... Слиплись замусоленные клейкие страницы старого учебника. Параграф третий: понятие о проницаемости горных пород. За единицу измерения проницаемости принимается дарси... Нет, это не о том. Параграф пятьдесят четвертый: цели и способы крепления скважин. Чтобы предотвратить осложнения, возникающие в результате пластовых перетоков, все горизонты с неодинаковым коэффициентом аномальности необходимо разобщить... Опять не о том. Это про нормально пробуренные скважины речь: опустили техническую колонну от устья до забоя, провели цементаж — и защитились от перетоков. А здесь переплелись два аварийных ствола... Хорошо бы не гадать, а увидеть все воочию, со стороны. Но как? Надрезать корку земного каравая и с отстраненным любопытством бробдингнега следить, как устремились вверх газовые потоки, смешиваясь и нарастая?..
— Надо перед сеноманом и после него ставить цементный экран, — сказал Китаев. — То же — с талицкой свитой.
— Долгая песня.
— Тут не одна песня. Концерт самодеятельных хоровых коллективов Сибири, и Дальнего Востока. Длину стволов мы знаем. А объем каверн? Там же все расшерудило. Недели не две работы, не меньше. А то и на месяц.
— А если не ставить экран? Весь куст осложнится?
— Если б только куст... Весь купол.
— Вот в этом-то и был весь ужас, — сказал Макарцев Сорокину. — Купол... Озерные структуры я знал, пожалуй, лучше других. Потому и клял себя потом, что в стороне остался, Китаева одного оставил...
— Одного?! — усомнился Сорокин. — А Яклич говорит, что там целый генералитет собрался...
— «Города сдают солдаты, генералы их берут...» Ладно, — сказал Макарцев. — Что было — то было.
— Серьезное дело, — сказал я.
— Серьезное... Не то слово, — сказал Китаев. — Да, — вдруг засуетился он. — Что же это я тут прохлаждаюсь? Надо поглядеть, как и что...
Я на буровую не пошел. Там и без меня топталось, помимо вахты, человек шесть, не меньше, но из них-то каждый надеялся, что сумеет помочь — увидит что-либо такое, чего другие не разглядели, или слово заветное скажет, да так ловко, что мигом ситуация переменится. Знающие мужики подобрались сейчас на буровой, но даже все их знания, соединенные вместе, не могут сделать одного: поворотить время вспять, вернуть тот час, когда агрегат геофизиков появился на буровой и стал разворачиваться перед приемным мостом...
Вошел в культбудку сутулый мужик в валенках, сразу уткнулся в вахтовый журнал, что-то он там бормотал, кряхтя и вздыхая, а я, приглядевшись, спросил: