Ассу бежал со стороны полей, мокрая шерсть его блестела. Деревенские, заприметив волка спешно разбежались, заперев на засовы высокие, деревянные калитки.
Леда смотрела на женщину с такой непередаваемой тоской, что у ведьмы, повидавшей многое, неприятно защемило в груди.
Смотрела с надеждой.
С отчаянием.
Таким знакомым. Почти родным.
- Помоги... Помоги мне! Освободи или убей. Пусть лучше ты, а не оно...
И откинулась головой прямо в лужу, закатывая глаза и вздрагивая всем своим тощим тельцем. Задышала редко и глубоко.
- Да будет так...
Уже торопясь к дому, Ведана начинала осознавать, во что ввязалась. Впервые ощутила давно забытый, реальный страх. Липкий и холодный. Он пробирался под ее теплое платье, обнимал. Стискивал ребра, а с ними и легкие. Мешая дышать. Думать.
А обдумать было что...
Знать.
Приближенный к Князьям.
Один из Великих Герцогов.
Древний.
Девушку на спине волка как-то неестественно выгнуло, голова ее запрокинулась, рот чуть приоткрылся и Леда задышала как собака, вываливая толстый, ленивый язык.
Он возвращался.
- Поспешим, Ассу. Посмешим, миленький!
А в кармане подштанников до красна накалялась заколка, наливаясь ярким светом звезд. Жгла ногу ведьмы, светила сквозь плотную, темную ткань платья.
Звенела.
- Поспешим...
Глава 6
Ведана ввалилась в дом, отшвырнув в сторону посох. Как была - в грязных ботинках, стягивая на ходу мокрый платок. Женщину трясло. Спешно взмахнула руками и в небольшом помещении разом вспыхнули все свечи, затрещал, завыл огонь в печи.
- Окна! - Рыкнула в накалившуюся тишину, выворачивая на пол все из своих мешков. Падая на колени, разыскивая что-то. Злилась. Пыталась не суетиться. Он учуял ее. Понял, что кто-то видящий рядом с девочкой. Он шел. Торопился. И спрятать не получится. Изгнать - не готова. Не такой высокий ранг! Придется договариваться. Придется выдирать.
- Окна! - Снова закричала ведьма, раздраженно глядя по сторонам.
Маленький котенок спрыгнул с лежанки, проваливаясь в синеватый клуб дыма. Зашипел там, заворчал.
Затрещало пространство вокруг. Загудело. Затрещали старые доски пола.
Спрыгивал котенок, а поднялся уже молодой, высокий парень. Нагой. Бледный, до прозрачного. С огромными - на половину лица, кошачьими глазами и длинными, почти до пола светлыми, пепельными волосами. Тут же ринулся к окнам, задергивая занавески, оглядываясь по сторонам, спотыкаясь с непривычки.
- Помоги Ассу! Не бойся! В глаза не смотри только...
Домовик лишь коротко кивнул, помчался в сени, чувствуя страх и напряжение ведьмы. Чувствовал он и зло, что притаилось за стеной: в узком, тесном коридорчике. Что не в силах был вместить в себя мощь и гнев, исходящие от девушки, изогнутой на спине волка. Выбеленные стены вокруг них шли трещинами - осыпались, на почти провалившийся пол. Деревья в их дворе клонило к земле, завывал ветер, выли и хуторские собаки. Стучали ставни, заставляя дребезжать старые, закопченные стекла. Громыхало. Слышен был плачь мелких степных духов. Мавки вышли на берег. Гудели утробно трембиты лесовиков. Так громко, что слышал простой люд. Слышал и прятался. Таился.
Люди в страхе молились.
Ассу делал шаг в дом и останавливался, тяжело дышал. На позвонки давило тяжестью, сковывало каждую жилу, каждый нерв. Пекло. Но он упорно пытался войти за Веданой. И шел. Изредка поскуливая. Домовик ему помогал. Делился силой. Повесил на шею волка свой амулет. Шулька метался из угла в угол, шипел вздыбив короткую, серую шерсть.
Ведьма, стянув неудобное платье - оставшись в легкой сорочке и подштанниках, зажигала по всему дому горько пахнущие травы, бросила в огонь печи небольшую склянку, отчего тот вспыхнул пронзительным, ярким - почти белым светом. Скинула все со стола, прямо на пол, накрыв его плотной холстиной.
- Сюда ее! - Скомандовала, глядя на своих помощников.
Достала миску и полоснув собственную ладонь серебром кривого кинжала, принялась читать наговор. Срываясь то в крик, то затихая почти в шепот. Кровь быстро капала на светлую, каленую глину. Шипела там.
Девчонка на спине волка вдруг завизжала, закричала слова молитвы, забранилась. Засмеялась. Слезы потекли по ее впалым серым щекам.
Не без труда домовику удалось уложить хрупкую девушку на стол.
- Держи. Крепко держи.
Коротко кивнул в ответ, прижимая горячее, взмокшее тело к ткани холстины. Ассу замер у стола, оскалив пасть. Порыкивая.