— Мерс на автомате, на этой коробке передач не умеет водить только имбецил! — фыркнула Гермиона, когда заметила сильную нервозность в поведении парня. Тот резко повернул на нее голову и зло прищурился.
— Прости за такой вопрос, но как тогда ты сдала на права?!
— Ха-ха-ха! Очень смешно! — Грейнджер театрально засмеялась, закатив глаза. — Но я-то вообще сдавала на механической коробке передач.
— Сама сдавала?! — Драко сделал акцент на первом слове, и девушка хитро улыбнулась, а затем пожала плечами.
— Тот коп на экзамене был полным уебком! Поэтому парочка Конфундусов ему не повредили.
Малфой несколько секунд на нее просто пялился, а потом дико заржал, пока у него не прихватило живот, и он не икнул.
— Закончил? Мы можем ехать? — Гермиона ухмыльнулась, когда воспоминания о том дне ворвались в ее сознание. Никакого угрызения совести она и по сей день не ощущала.
— Ты просто меня не перестаешь удивлять! — Малфой вздохнул и сильно прикусил щеку, успокаиваясь. Он слегка вывернул руль, поворачивая колеса в сторону трассы от обочины, на которой они стояли, и тихонько нажал педаль газа. Машина тронулась с места, мягко дернувшись, и выехала на асфальт.
— Смотри на спидометр, не набирай скорость больше 100 км/ч, — напомнила Гермиона и заметила, как Малфой стал бросать взгляд на приборную панель, следя за скоростью машины.
Парень сидел такой напряженный, что казалось, ткни она его пальцем в бок, то он лопнет, как надутый гелием шарик. Спустя пятнадцать минут поездки Грейнджер позволила себе расслабиться и перестать коситься на Малфоя. Она придвинулась ближе, чтобы достать до медиа-проигрывателя и включила музыку.
Заиграла песня Tell Me I’m a Wreck{?}[Ты называешь меня катастрофой]— Every Avenue. Мерлин, ты серьезно?
Сделав звук погромче, ткнула на кнопку откидывания крыши, и в салон тут же ворвался жаркий вечно-летний ветер. Волосы, повинуясь его порыву, взлетели вверх, а затем откинулись назад от лица.
«Я бы мог обращаться с тобой помягче…Я бы мог быть твоей опорой…Я прекрасно понимаю: я был несправедлив, Но я делал все возможное, чтобы позаботиться о тебе…»
Малфой чуть сощурился и натянул на нос очки, все также чутко следя за дорогой. Что у нее с плейлистом? Сидишь, будто перед судьей, выносящим тебе приговор длинными фразами…
Гермиона была права, движения практически не было, поэтому он вел машину осторожно, но вполне уверенно. Дрожь в ладонях и коленях унялась, когда Драко понял, что машина слушается его. Она моментально реагирует на каждый приказ в виде нажатия педалей или поворота руля, тем самым располагая парня к себе все больше.
«Я не дикое животное», — будто говорил мерин, глухо рыча мотором. Расслабив спину, Малфой откинулся на спинку водительского сиденья и выпрямил напряженную левую ногу, которая не была задействована в управлении автомобилем. Из своей погруженности в мысли его вывела музыка. Какая-то группа мужским голосом пела о непонятках в отношениях между парнем и девушкой.
«Я знаю, что мог быть более достойным парнем, Но я всегда стремился к превосходству над другими…Изо всех сил я стараюсь увидеть в себе что — то хорошее…Но я не могу терпеть все твои подколы и насмешки…Ты всегда указываешь на мои ошибки, И еще удивляешься, почему я ухожу от тебя?»
Драко покосился на Грейнджер, расслабленно восседавшую на своем сиденье и отбивающую ритм ногой. Видимо, она вполне себе доверяла его неуверенному вождению. В какой-то миг пришло неожиданное осознание момента счастья. Он едет с Грейнджер в одной машине по жаркой Кубе.
Причем, сам управляет этой новейшей магловской техникой! Кто бы мог подумать! И едут они не куда-нибудь, а в лучший отель, в лучшие номера! Конечно, это не было новостью, ведь он, будучи Малфоем, с детства привык к тому, что его семья получала все сливки.
Тем не менее, жизнь — интересная штука, дающая под зад всякий раз, когда начинаешь считать, что все плохо. Она докажет тебе, что может быть еще хуже, чтобы ты начал ценить мелочи!
Последние годы была война, висевшая черной тучей над головой. В его жизни все было совершенно не идеально. Более того, Азкабан, суды, домашний арест и практически сиротство при живых родителях — все это заставляло его открывать новую бутылку огневиски, слоняться по борделям и доводить себя до посещения психотерапевта.
И что в итоге? В итоге именно Грейнджер, которую он был готов придушить собственными руками на первой терапии у Адамса, сейчас вытащила его на солнечную Кубу, научила водить машину и по факту заставляет его чувствовать себя свободным и живым. Салазар, а что, если не возвращаться? Остаться здесь, документы магла у него есть, забыть этот чертов серый и промозглый Лондон..?