— Тяжело быть воспитанным, когда твоя жена запрещает смотреть на нее голую.
Грейнджер приподняла бровь.
— Мне тебя пожалеть? — она развернулась к кровати и, схватив в охапку разбросанные вещи, сунула их в шкаф, посильнее захлопнув дверку для надежности.
— Мерлин, Грейнджер, я думал, что в вашем Золотом Трио тем самым неряхой является Уизли, но ты умеешь удивлять! — сказал Драко и протянул ей майку, которую девушка не заметила.
Гермиона была одета в черное вязаное платье ниже колен с разрезом до середины бедра. Натягивая сверху утепленную кожаную куртку и повязывая белый шарф, выхватила майку и швырнула ее обратно в Драко. Тот ловко увернулся.
— Могу я спросить, что здесь делал Нотт?
Услышав его вопрос, на секунду замерла и посмотрела на парня в отражении зеркала, напротив которого стояла.
— Кажется, я ему нравлюсь, — стараясь выглядеть невозмутимой, ответила Гермиона и открутила прозрачный блеск для губ. Наблюдая, как девушка проводит им по губам, Малфой хмыкнул.
— Он так тебе это и сказал?
Она неопределенно пожала плечами.
— Я это вижу, такое, знаешь ли, трудно не заметить.
Драко унял раздражение, начавшее бурлить у него в груди.
— Какая ты проницательная! И что же планируешь делать?
— Вряд ли мне нужны отношения с еще одним чистокровным, — на этих словах парень выдохнул, пока не услышал продолжение фразы, — пока не разведусь с тобой.
Та реальность, которую они старательно избегали, плескаясь в теплых волнах океана на Кубе, обрушилась чересчур резко. Ну что ж, раз Нотт решил действовать несмотря ни на что, то шанс все обернуть в свою сторону Драко еще представится, чем он и будет пользоваться. Грейнджер хочет, чтобы он играл самого лучшего и влюбленного мужа? Она это получит.
***
В Норе горели все окна, так и говоря всей округе (а точнее, огромному полю) о том, что дом полон гостей. Той старой Норы, которую Гермиона помнила еще до пожара на шестом курсе, уже давно не было. На своем участке семейство Уизли, опять же, с помощью Министерства и его выплат, возвело большой дом с красивым и ухоженным садом.
Подходя ближе, Гермиона нервничала. Необходимость врать ей уже осточертела, и она бросила беспокойный взгляд на Малфоя. Маска безразличия снова красовалась на его лице, от чего было непонятно, что на самом деле он думает.
— Готов? — спросила она, остановившись у самой двери. Драко, захлопывая свой разум от лишних эмоций, взял себя в руки.
— А ты?
Девушка нервно облизнула губы и неуверенно кивнула. Раньше она чувствовала себя здесь, как в своей тарелке, и когда-то очень давно мечтала стать частью этой семьи. Но теперь неловкость и стыд за свои прошлые поступки по отношению к Уизли вставали передним планом. То, от чего она убегала почти три года подряд, снова обрушилось на нее холодным дождем.
И было бы намного проще, если бы в догонку ей не пришлось строить из себя любящую молодую жену самого чистокровного слизеринца. Шум в ушах стал нарастать и, боясь, что колени сейчас подогнутся, она ухватилась за куртку Драко.
Малфой внимательно вглядывался в ее лицо, четко различая все, о чем она думает. Даже не надо быть легилиментом, чтобы читать ее мысли. Услышав шум приближающихся к двери шагов и воспользовавшись тем, что Грейнджер потеряла бдительность, он быстро притянул ее к себе. Одной рукой прижимая девушку к себе за талию, а другой запутываясь в густых и светлых, истинно малфоевских волосах, прижался своими губами к ее. Не дожидаясь, когда она ответит, он провел большим пальцем по шее ниже к ключицам, чувствуя ее появляющиеся мурашки. Страстно оттянув ее нижнюю губу, он чувствовал, как дыхание девушки становится более прерывистым.
Она распахнула глаза, когда сама инстинктивно прижалась ближе, сминая пальцами воротник его куртки.
— Это что, репетиция вечера? — прям в губы прошептала Гермиона, с удивлением отмечая, что снова наслаждается ощущением гладкости его волос в своих пальцах.
— Грейнджер, ты можешь хоть на минуту отключить мозги? — ответил ей Драко, позволивший себе коснуться ладонью ее груди, а затем, сжимая талию, спуститься ниже к бедрам.
Когда Малфой приоткрыл рот, и их языки встретились, не давая кому-то права остановиться, Гермиона резко распахнула глаза, когда дверь открылась, и их осветил свет из прихожей. Она тяжело дышала, чувствуя жар внизу живота. Какого хрена ее тело так реагировало на этого заносчивого слизеринца?
— Охренеть, а я думал мне показалось, что кто-то вошкается за дверью, — ухмыляясь, протянул Рон и шире открыл дверь. — Заканчивайте и проходите, вас одних ждем.