- Полководца когда-нибудь видели?
- Конечно, в молодости.
- Помните, как он выглядел?
- Хорошо-о помню!
Вильгельм без единого слова чуть повернул голову вправо и указательным пальцем левой руки показал на заострённый кончик левого уха, а после схватил одну из прядей волос, демонстрируя их цвет. Наконец, старик ему поверил. Осознанно наглея, без стеснения, Вильгельм потребовал вернуть ему письмо и сказал, что без него общаться не будет. Ему удалось заполучить лист.
- Хорошо. Ладно. Прочёл, что знания у тебя есть, да и в целом человек ты повидавший, но всë-таки брать не буду, - далее старик поиздевался над Вильгельмом, надолго замолчав. – пока не пройдёшь испытание.
Мужчина облегчённо выдохнул.
- Какое?
- Ну сейчас…
Старик ушёл в тёмную комнату и начал чем-то громко шуршать. Оттуда пахло ещё страннее, Вильгельм, поддавшись тревожности, зачем-то специально начал себя пугать мыслью, что в темноте лежал чей-то труп. Он решил окончить мазохизм, когда вдруг ужаснулся мысли о трупе заражённого, а не обычного человека, заражаться не хотелось.
- Что? У меня ничего получше нет? Ладно, чëрт с этим, - заворчал старик. – не маленький, переживёт, - было, видимо, обращено к Вильгельму.
Он пришёл, что-то обнимая двумя руками, чтоб оно не упало. По взгляду и движению головы старика в сторону деревянного, местами в чёрных пятнах, стола, Вильгельм понял, куда надо было смотреть. Он повернулся к столу и вскоре увидел несколько ножей, сложенных в одну кучу небрежно. Их принёс старик, затем начал раскладывать на столе, между ними образовалось примерно одинаковое расстояние. Затем он подошёл к Вильгельму.
- Ну смотри, - заговорил старый. – внимательно смотри, говорю! Перед тобой пять ножей. В твоём случае это не ножи! Представь, что это пять человек. Они все тепло одеты, лица и руки почти не заметны. Значит так. Одного из них настигла эта чёртова зараза. Определи, кто из этих людей заражённый.
Не сразу Вильгельм признал режущие, способные убить вещи за людей, ему пришлось долго мучить воображение. Мужчина вглядывался в каждый из ножей, мучил глазами каждый миллиметр лезвия сначала первого слева, а потом справа ножа. Металлическая рукоять выглядела очень красивой, но выплавленный узор неясных Вильгельму цветов получил меньше внимания. Все предметы были одинаковые внешне, но старик утверждал, что «кое-кто» хранил в себе нечто ужасное, бушующее за дверью и ожидающее встречи с мужчиной, который проходил испытание ради того, чтоб она состоялась. Вильгельм быстро заморгал. Сформулированный ответ сначала поразил его, а потом мужчина додумался: ничего в этом странного не было.
- Все, - холодно сказал Вильгельм. За его словами последовал «звук, выражающий недовольство».
- Х-р! Я же сказал, одного из них, - заворчал старик. – не выводи меня на кри…
- Все, - громко перебил его мужчина. – они находятся на малом расстоянии друг от друга, - начал объяснять Вильгельм. – дышат одним воздухом, объединившись в скопление, ну, толпу скорее. Не важно, кто принёс заразу, она успела передаться всем. И тем более, - далее мужчина решил «своими мыслями поиздеваться» над стариком. – вы ж сами говорили, чтобы я представил всё это людьми. Наверняка кто-то случайно прикоснулся к ближайшему, а может, все разом, поочерёдно. Человек с заразой может делать бредовое, я такое… видел.
За спиной Вильгельма началось движение. Старик переминался на одном месте, о чём-то размышляя. Его старческая рука нервно поглаживала бороду, а сам он делал тяжёлые вдохи. Наконец, он подумал.
- А ведь ты прав… Лечить будешь?
- Всех разом – нет. Результата не принесёт никому из заражённых, да и я надышусь этим.
- Не надышишься. Я лекарям специальные маски даю.
- Какие?
- А пойдём, глянешь.
Часть III. Глава 2
Отныне Вильгельма стали бояться. На то были веские причины, например, страшный вид. Сильнее всего пугались дети. Нередко случалось так, что на глаза ничего не подозревающего ребёнка попадался высокий монстр, будто дьяволом посланный, что напоминал большую ожившую птицу из-за длинного клюва цвета чистейшего камня. Сверху наводили ужас два круга, изнутри коих прямо в душу смотрели в таком же количестве шары с бликами. Ребёнок не знал, были ли уши у такой жути, анализу мешал обмотанный до головы и вокруг шеи длинный плащ, конец которому был возле длинных ботинок. Юная душа видела, как напугавший его часто хватался за шляпу с широкими полями, чтобы в очередной раз изменить её расположение на голове руками, спрятанными за чёрными перчатками. Самой длинной одеждой являлся халат цвета страшнейшей тучи в грозу, на ремне ближе к талии располагались какие-то мешочки и пугающий, острозаточенный металлический нож. Всё одеяние блестело, словно чем-то обмазали…