— Какому делу ты хочешь посвятить всю жизнь?
Джер подумал, высунул язык, чтобы мысли лучше держались в голове, но затем выдал странный ответ.
— Радости.
— Ну! Так не бывает. Жанна говорила, что нужно найти то, что будет приносить доход, ещё оно должно быть хорошим, чтоб в рай забрали. Самый подходящий вариант — чтение молитв, но знаешь, я уже «намолился». Люди, кстати, почему-то о себе не думают. Ведь если по руке червь ползёт, значит его нужно убрать, а руку помыть, но всем плевать. Все эти сложности надо совместить и ещё как-то стараться не сказать лишнего. Существо, наверное, обидчивое! Как девочка!
— Ты слишком много думаешь, — Джер искренне слушал и еле-еле мог всё понимать. — не стоит заниматься таким уж… ужасный делом. Живи.
— Невозможно здесь жить! Другие дети стерпели, им уже не помочь, а я умнее! И хочу уйти.
Он закрыл глаза и погрузился в раздумья. Действительно, большой поток мыслей был лишним, Вильгельм почувствовал головную боль.
— Тогда я пойду с тобой, — послышалось слева. — чтобы не грустил и отдыхал, — Джер снова засмеялся, но ради того, чтобы успокоить этим друга. — мне ж… же… жез… жизненное занятие ты уже нашёл, осталось отыскать что-нибудь себе!
— Разве это занятие?
— Всё, хватит думать, сложно!
Вильгельм успокоился.
Он предложил пройтись по церкви. Они пошли.
Лестница на первый этаж показалась Джеру огромной. Одно дело, когда его несли на руках, другое же — пройтись по ней самостоятельно. Он почувствовал толчок в спину, пришлось спускаться, но очень быстро.
— Не толкайся, — возмущался Джер и ожидал, что вот-вот он пропустит ступеньку и упадёт вниз.
— А ты иди быстрее!
Первым изученным местом стала комната с портретом. Джер долгое время глядел на Существо. Он хорошо рассмотрел руки, волосы и захотел встать в такую же позу. Это место понравилось ему. К золотой стене он даже прикоснулся.
— Обернись, сзади входная дверь, — сказал Вильгельм.
Джер сделал это. Он удивился от размера двери и цвета.
Когда они решили пойти на кухню, оттуда вышла маленькая девочка с короткими потрёпанными волосами, длинным чёрным платьем и серыми туфлями. Она увидела, как мальчики собрались выходить из комнаты, но её приход вынудил застыть на одном месте. Джер удивлённо рассматривал её с открытым ртом и, казалось, хотел что-то ей сказать, но не мог подобрать нужных слов. Вильгельм смотрел по-другому: строго, словно вот-вот начал бы ругать её за какие-то ошибки. Левой рукой он показал друга.
— Это Джер Виббигель, новенький здесь. Попрошу относиться к нему с уважением и не мучать своей глупой догадкой.
Девочка спрятала руки за спину и стала пятиться назад, затем побежала. Джер ничего не понял.
В церкви, несмотря на ежедневное кормление, мягкие постели и «заботу высших сил», некоторые дети не доживали и до пяти. Ранняя смерть была частым, ожидаемым явлением. За четыре месяца до прихода Джера в церковь дружный круг, состоявший из двух девочек и трёх мальчиков, потерял одного из них — Алена. Ален умер из-за болезни; сначала поднялась температура, потом шли три ночи бреда, а на четвёртую уже хоронили. Его друзья думали, что он ещё юный для смерти, мол, живой бродил по королевству и пытался найти церковь. Дети на полном серьёзе ждали Алена. На момент смерти ему было три года, как и Джеру в день прихода, внешне они были похожи волосами и цветом глаз.
На кухне ждали мальчиков. Когда они пришли, то все подошли к Джеру и стали его рассматривать. Девочки задавали вопросы. Мальчик назвал своё имя дважды, но тот самый круг всё равно называл его Аленом и спрашивал о том, что Джер слышал впервые в жизни. А Вильгельма вытолкнули, он стоял далеко от всех.
— Как бы они его не покусали, — думал он.
Жанна позвала всех к портрету, дети выбежали с кухни. Джер чувствовал себя плохо. Из-за толпы ему трудно было дышать, а от громких голосов он паниковал. Когда все ушли, первым делом потребовалось отдышаться, потом схватить за руку друга, единственного.
— Какие-то они странные, — замученно говорил Джер и дрожал, как желе. — я только с тобой ходить буду.
— И правильно. Пойдём.