Встав на колени, Вильгельм следка наклонился к воде и опустил туда обе руки. Из-за волн намокали и штаны, и лежавший рядом лист. Юноша долго старался отмыться от чернил, даже брал с земли камни и проводил ими по рукам, чтоб вся грязь осталась на них.
Местами руки всё ещё были грязными, но «большая часть улик была скрыта», и Вильгельм пошёл домой. Лист он решил спрятать под подушку своей кровати.
По дороге в него словно ударила молния. Вильгельм вспомнил, что не привёл рабочее место в порядок, и по кучке документов, стоявшей отдельно чернильнице стало б понятно, чем он занимался. Вильгельм посмотрел в окно своего дома, расположенное на кухне. Там никого не было. Появилась надежда, что Анатоля опять нагрузили работой, и он в спешке просто не обратил внимания на бардак.
Хуже стало, когда на кухне он увидел мужчину. Анатоль сидел за столом, читая какую-то книгу красного цвета, и ел виноград. Он, словно специально, не обратил на Вильгельма никакого внимания, а его глаза резко начали бегать по странице быстрее раза в три. Сердце колотилось. Вильгельм специально решил задать отвлекающий вопрос.
— Что читаешь?
— Историю королевской династии с четвёртый по четырнадцатый век, — ответил Анатоль. Он хотел положить в рот один маленький виноград, но изменил его маршрут и повёл в сторону Вильгельма. — будешь?
Но есть совсем не хотелось.
— Не голоден…
Затем, немного постояв без движения, Вильгельм решил направиться на второй этаж. К счастью, ему удалось отыскать в голове положительные мысли. Они означали следующее предположение: Анатоль захотел почитать книгу, отдохнуть от работы, а чтобы не вспоминать о ней, ушёл от стола — места, вызывавшего ассоциацию, — то есть полностью изолироваться от различных напоминающих предметов. А в кровать он не пошёл лишь потому, что захотел читать в сидячем положении и в сопровождении еды, желание исполняла исключительно кухня.
— Ох, главное, что не заметил, — выдохнув, прошептал Вильгельм.
—- Ох, главное, что не заметил, — выдохнув, прошептал Анатоль.
Он понял, чем занимался Вильгельм, ещё когда тот что-то спрятал за спину, сидя на стуле. После того, как он убежал, Анатоль наводил на столе порядок, в то время как его не покидала мысль о возможном местонахождении сбежавшего. И правда — мужчина спустился на кухню, заглянул в окно и увидел Вильгельма, а рядом лист бумаги. Он засмеялся.
— Дети…
Когда Вильгельм поднялся с колен на ноги, стало не по себе. Анатоль отошёл от окна и стал думать, как скрыть своё занятие. Времени было мало, думать нужно было быстро. Единственное, что пришло в голову — быстро вытащить из шкафа на втором этаже первую попавшуюся книгу и вернуться на место, словно захотелось поесть да почитать, только и всего. При разговоре он был внешне спокоен, но от внутреннего волнения и думы, что Вильгельм мог обидеться, узнав правду, хотелось закричать.
После Анатоль остался один, тогда же выдохнул и дал волю эмоциям. Он некоторое время ждал, пока его руки переставали трястись, а глаз дёргаться.
Часть II. Глава 5
В начале зимы случилось горе, которое сильно задело Анатоля. До него дошла информация аж спустя шесть дней после случившегося, и он ещё был одним из самых первых, кому рассказали. Ему хотелось услышать что угодно вместо этого. Когда надежд не осталось, а тайна стала явью, его настигла безысходность. Ночью стало настолько больно, что практически не пьющий Анатоль понял: без потупляющего разум средства не справится.
Он уложил детей спать, после чего сел на кухне и зажёг свечу. Порывшись в одном из сундуков, он достал большую стеклянную бутылку с узким горлышком и широким овалом снизу. По объему в ней было около двух литров необходимого средства. Пробка тоже была стеклянной, в середине её верхушки виднелся красный камешек. Мужчина вылил часть содержимого в золотой бокал и выпил это залпом. Его сразу же потянуло на слезы. Сначала он смотрел в одну точку, плача без звука, а потом начались всхлипы и временами душераздирающий стон, словно его пытали.