— Нашлись! Надо же, — Анатоль подскочил со стула и взял оба меча. — где нашёл?
— В щели между шкафом и стеной.
— Щель, а я и не проверил! Мне за потерю мечей этих двенадцать лет назад пришлось штраф платить! Ой, осчастливил, ты ж мой молодец…
Похвала дала Вильгельму ещё больше энергии. По собственному желанию он взял за руки Анатоля, а после посмотрел ему прямо в глаза.
— Давай тренироваться, — предложил Вильгельм.
— Тогда выбирай: с золотом или серебром, — спросил Анатоль и стал рассказывать про все детали оружия.
Клинок, как и черенок, были у обоих мечей идентичными, различались они исключительно навершием. Навершия имели разный цвет и изображение. Вильгельму больше понравилось золотое, на котором виднелась корона, означавшая верную, сильную королевскую династию Паннь. Анатолю он отдал с серебром, на котором такого же цвета изображались весы, те, что на большинстве икон держало Существо, это означало доброго, заботливого, не бросающего государство в беде всевышнего.
Вильгельм вновь с трудом держал в руке меч. Двумя же было не так трудно, он смог даже поднять его клинком кверху. Его глаза загорелись от радости, возникшей в результате личного небольшого достижения — получилось нормально подержать оружие.
В отличие от юноши, обладателю меча с серебряным навершием не составило труда сделать точно такое же движение. Анатоль с лёгкостью поднимал, опускал, крутил, отдалял и притягивал оружие, так как был в разы сильней.
Тренироваться дома он запретил и предложил уйти из города, выйди в открытое поле без единой души. Однако добираться до туда пришлось час, и то быстрым шагом. Неизвестно, посещали Анатоля те же мысли по пути или нет, но Вильгельму в голову приходила эгоистичная мысль — ему было всё равно, вернулся ли Джер домой и если да, каковой оказалась реакция на отсутствие двоих. Ему очень хотелось внимания лишь в свою сторону, это свершилось.
Оба сильно устали, пока дошли до поля с ярко-зелёной невысокой травкой и редкими ромашками, потому что час с лишним несли в руках оружие, для которого не нашлось подходящей сумки. Вильгельм воткнул меч в землю, за ним повторил Анатоль, затем подошёл к юноше со спины, одной рукой за неё схватившись, а другую вытянув, показывая пальцем куда-то далеко.
— В той стороне находится река, — сказал он, указывая вперёд, в их случае, на восток. — а оттуда, повернись, мы пришли. Если присмотришься, увидишь маленькие дома — это город, — мужчина говорил, показывая на северо-восток. — в той стороне, — иными словами, на юге. — недалеко от нас земля чуть ниже. Если к ней спуститься и пройти всю ночь, удастся выйти с приграничной людной местности.
Анатолю было легко сориентироваться и объяснить всё Вильгельму. Он отошёл и, положив руки на талию, стал любоваться пейзажем. В тот день погода не подвела, не было туч, лёгкий ветерок не давал ощутить жару. Прекрасный летний день, когда ничего не угрожало, отсутствовали дела по работе, переживания и болезни. Ощущались лишь счастье и предвкушение близящегося поединка.
— Давай начинать, — сказал Вильгельм, схватив меч. — есть ли какие-нибудь принципы?
— А ты думаешь, я знаю? — повернувшись, удивил Анатоль произнесённым. Чем больше Вильгельм удивлялся, тем шире он улыбался юноше, временами посмеиваясь.
— Но ведь…
— Я ни разу не участвовал в сражениях.
— Ты же руководишь там всем этим!
— Занимаюсь исключительно политикой и составлением документов. Военному делу не обучен.
— А ради чего мечи в дом принёс?
— Для изучения размеров, декоративных элементов, обозначения их смысла и указания неровных мест, если таковые находил.
— Тогда, — нашёл наконец слова Вильгельм после долгого ступора, вызванного неожиданными и удивительно спокойными ответами. — зачем мы пришли сюда, раз ты не разбираешься?
— Тебя бы это заставило остаться дома?
— Нет…
— Я подумал точно так же.