— Пойдёмте у продавцов ши, шахмат, спраш… ж… шахматы искать давайте — предложил Джер, ему очень хотелось прогуляться.
Идея понравилась всем, поэтому ребята встали и направились к выходу. На улице стало ещё теплее с того момента, как все зашли. Вильгельм ожидал, что Джейн достала бы откуда-нибудь тяжёлый чёрный замок и повесила на дверь, сунула внутрь ключ и повернула несколько раз, чтоб закрыть. Однако снаружи не было такого предмета и прибитых специально для него металлических пластин.
— И как закрывать? — голос Вильгельма прозвучал так, словно юноша упрекал Джейн, но это вышло случайно. Он просто немного разозлился на себя за то, что сам не нашёл ответа на вопрос.
Девушка молча осмотрела молодых людей и встала на колени перед дверью. Она стала произносить знакомые слова, чью последовательность знали все трое, у Вильгельма даже кольнуло в сердце от этого. Он знал, это молитва, знал её наизусть, знал и старался забыть, но ежедневное многолетнее повторение отпечаталось, словно выжгли, в памяти. Даже спустя много лет он всё ещё помнил эти слова, хотя ни от кого не слышал.
— Думаешь, мольба о защите здания поможет?
— Всегда помогала, — ответила она на вопрос Джера. — откуда ты знаешь её? Верующие?
— Да, — ответил Джер. — Оба.
— До сих пор, — прошептал Вильгельм так, что никто не услышал.
Суть молитвы заключалась в повествовании о ценности здания, его важности и житье внутри невинных созданий, что любят, ценят, уважают и благодарят Существо за этакий «подарок». Заканчивая, требовалось как бы попросить небесного творца посидеть внутри (пока жильцам требовалось отсутствовать) да отогнать всех нездешних. Жутким это никому не казалось, а Джейн после сказанного пошла к окну, чтоб заглянуть, «явилось ли Существо» и улыбнулась, никого внутри не застав. «Оно там, я чувствую» — подумала она, затем все пошли от дома.
В городе находилось три места, где предполагалось нахождение шахмат, но, возможно, всё скупили, ибо друзья ничего не нашли. Всем было комфортно на прогулке, хоть и чётко виделась разница между ними и их социальными статусами.
Вечером Джер заметил проходившего мимо своего друга, мальчика лет десяти, после чего они убежали, пред этим юноша попрощался с Вильгельмом и Джейн. Оба ожидали такого поступка и не обиделись из-за его ухода. Они прошлись по площади, а когда стало темнеть, девушка сказала, что пора домой.
— Побегу я домой.
— Нет, это…
Вильгельм не стал рисковать и оставлять такого хрупкого человека одного, мало ли что могло случиться.
— Пройдёмся до твоего дома.
— А ты дорогу запомнил?
— Как-нибудь разберусь.
На всякий случай перед расставанием Джейн объяснила, куда следовало идти, чтоб оказаться в центре города, а дальше юноша уже дорогу знал. Спустя полтора часа, когда уже стемнело, он вернулся домой, Джер пришёл, на удивление, раньше.
Часть II. Глава 9
Одну из книг Вильгельм читал с особым интересом и очень внимательно. Эту книгу привёз Анатоль из столицы как подарок на день рождения, вышло очень символично, встреча и вручение произошли в один день. Это было у Вильгельма первое издание, наполненное иллюстрациями, да ещё какими, много раз даже попадались изображения «с места происходящего». Один художник срисовывал, как лекари вскрывали труп и пытались установить причину смерти, исходя из травм в расследуемом месте. Больше других Вильгельму понравилось анатомическое изображение вен.
Он много начитался про теорию о гуморах — четырёх жидкостях, протекающих в организме каждого человека, как понял юноша.
— Если записали в книгу, значит, есть у всех. Не стали бы авторы портить листы данными про кого-то одного, наверняка, уже мёртвого?
Входили в состав чёрная желчь, идентичная, но жёлтая, флегма, проще слизь, также кровь, которая настолько заинтересовала Вильгельма, что аж захотелось на неё взглянуть. Почему-то, страницы текста ему не хватило, он молил о практике, выкидывая из головы только что вошедшую теорию.
Юноша поднял глаза. Понадобилось время, чтобы привыкнуть к дали после часового чтения, практически утыкаясь носом в книгу. Окружение представилось обильное, все сидели дома, пока-что. Джер надевал ткани с чьим-то рыжим мехом перед тем, как выйти на улицу, параллельно оглядываясь в поисках ботинок, чтоб не отморозить ноги и без труда передвигаться по снегу. Вильгельм решил, что его стоит удерживать, пока тот не сбежал окончательно.