— Ты прав, но от своих слов я не отказываюсь, ты упрямый! С каждым годом я всё больше в этом убеждаюсь. Хотя… ты у меня уже давно…
— Мно-о-г-го?
— Почти восемь лет…
Анатоль задумался.
— Так много времени прошло, а я и не заметил. Сейчас не до этого, тревожит много чего.
— Ш-ш-что?
— Как минимум то, что ты не здоров!
— А ч-честно?
Мужчина устремил взгляд в пол и постарался ответить, но точно не раскрыть переживание целиком, ведь был не готов к разговору на данную тему.
— Вы с Джером, находясь в равных условиях и под равным контролем, должны привыкнуть к одному важному изменению и особенно к нему относиться, даже словесно. Но такое исходит только с его стороны, и я не понимаю, почему всё так. Хватит! Я не желаю об этом говорить.
Анатоль встал и забрал у юноши пустой бокал. Вильгельм допил воду и решил, что с сонным состоянием до ночи бы не дотянул, поэтому он развернулся и пошёл готовиться к дневному сну.
— Крепких набранных сил, — пожелал Анатоль. — И кстати, Вильгельм, когда вылечишься, я тебя с собой в столицу повезу. Тяга к знаниям в тебе немалая, что большая редкость в наше время. Познакомлю с королём, он тебе что-то прикажет, да работать начнёшь. Подумай об этом!
— Ла-адно…
Вильгельм ушёл, Анатоль собирался пройтись до местной библиотеки и отдать бумаги с расписанными законами предшественника нынешнего короля, но решил остаться, чтобы вовремя оказать Вильгельму помощь в случае необходимости. Он принялся раскладывать по полкам книги, которые утром разбросал на столе, неожиданно обнаружил большую серого цвета, привезённую из последнего отъезда в столицу. Она была наполнена иллюстрациями, под которыми описывалось очень подробно происходящее на них. Книге дали большое название: «Великая, священная коронация Его благороднейшего Величества, первого по имени в своей легендарной, умной, древнейшей династии, посланной бессмертным Существом существам смертным на правление справедливейшее». Анатолю захотелось поискать себя на этих иллюстрациях, эта идея его осчастливила.
Он лёг на свою кровать, потянулся и начал листать.
Неожиданно домой с прогулки вернулся Джер, громко и оживлённо что-то бубня себе под нос.
— Здравствуй, Джер. Будь тише, пожалуйста.
— Да Гелька совсем уже, из-за его болезни и поговорить нельзя!
— Если совсем тяжело, я домой не загоняю, — всё ещё глядя в книгу, ответил мужчина.
Джер сел на его кровать и стал ждать зрительного контакта, а когда тот случился, он, сделав недовольную гримасу, задал вопрос.
— Ты его больше меня любишь?
От таких слов Анатоль аж выронил из рук книгу. Он долго смотрел на Джера, как на врага, один глаз дёрнулся. Мужчина стал очень серьёзным и начал усаживаться так, в каком положении сидел рядом юноша. Джер уже привык к такому поведению и знал, что оно появлялось, когда Анатоля что-то очень злило, а во время долгого молчания он старался успокоиться и придумать ответные слова.
Мужчина около минуты молчал, затем решил озвучить сформулированную мысль. Он это сделал строгим голосом.
— Я запрещаю говорить такое и думать об этом. Твой вопрос неразумный и безосновательный, я вас двоих одинаково лю… делю всё поровну и честно. Ты понял, что такие вопросы задавать нельзя?
— Да, отец. Обнимемся?
Такое предложение смягчило Анатоля и растрогало. На душе стало теплее.
— Где был?
— Ой, я видел такое необычное! Прямо совсем! Возле мельницы было много людей, ну, я зашёл поискать еду, а возле…
Часть II. Глава 12
Только состояние Вильгельма стало медленно улучшаться, как начались дожди, принося и мерзкий холод. Бедняге стало хуже, поэтому большую часть времени он спал. Джер был совсем не готов к обязательному соблюдению тишины и сокращению резких движений, так что единственным спасением ему представлялась улица, но одиночные прогулки считались уничтожающей нудятиной и скукой, что будто дьявол. Через силу подумав, он решил скрашивать прогулки инициатором странного поведения, сопровождающегося покалываниями в сердце, — Джейн. Девушка была не против и соглашалась ходить за Джером куда угодно, даже туда, куда её нога ещё не ступала.