- Тебе нужен трезвый водитель, Нура?
Черт! Черт! Чеееееерт! Да сколько можно то? Почему он до сих пор тут? Какого лешего, не смотался вместе с Наташей? И почему я, совсем забыла о том, что не видела, как он уходит? Официально заявляю! Это, одновременно, самая лучшая и худшая свадьба в моей жизни! Да мое душевное равновесие, с роду так не швыряло, из одной крайности в другую!
- Отвали. - ответить что-то еще, я была просто не в силах.
- Нура, ты знаешь не хуже меня, что чем больше, ты будешь отталкивать и сопротивляться, тем больше я буду желать тебя. - прокомментировал Илья.
Эмоционально истощение сыграло свою роль. Я повернулась. Только сейчас, спустя восемь лет, я смогла оценить без «розовых очков», того, кто этого совсем не стоил. Причем, со всей ясностью ума. Светлые волосы, карие глаза, ростом немного выше меня. А то, как он улыбался в этот момент… ну и ну. Когда-то я была готова часами любоваться на его губы, сейчас же... это больше напоминало ехидную ухмылку второстепенного персонажа, второсортной мелодрамы.
- Правда? И что же будет, если ты меня добьешься? Нет, не так. Сколько ты продержишься сам и будешь удерживать свой член в штанах, прежде, чем пойдешь его пихать во все, что движется? Сколько их будет на этот раз? Две? Пять? Десять? Больше? - спокойно отвечаю, уже мысленно ругая себя, что вообще заговорила об этом. Да блин! Какого лешего?!
Я выдернула руку и, быстрым шагом, направилась к выходу. Казалось, еще чуть-чуть, и вообще не выберусь отсюда. Черт, надо было взять одну бутылку виски с собой. Выпить пару стаканов, как буду дома, и отрубиться до следующего вечера. Ничего и никого не видеть и не слышать. Не к добру эти мысли, очень не к добру.
- Зачем ты так? - Илья догоняет и подстраивается под мой шаг. - Я не шутил, когда сказал, что загадал у звезды — тебя. Если честно, ты все эти годы, не выходила у меня из головы. Я всех сравнивал с тобой. Непроизвольно. По началу очень злился, потом даже привык. Это всегда была ТЫ, понимаешь? Когда Наташа сказала на чью свадьбу мы идем, я сразу понял, что встречу тебя этим вечером. Это шанс, понимаешь? Наш второй шанс, наконец-то стать счастливыми!
Вау! Просто, вау! Вот это исповедь. Если бы мы снимались в захудалой драме, он бы точно получил «Оскар». Такой талант пропадает. Не талант, а талантище целый! Только вот все эти громкие слова — ничего не значат. Я слишком хорошо знаю, как грамотно он умеет заливать подобную чушь. Не хватало только, до полной упаковки варенных спагетти на моих ушах, слов о том, что занимаясь сексом, со своей очередной пассией, он представляет меня и называет ее моим именем. Начинает сдавать позиции, что-ли?
- Второй шанс? Серьезно? Иди проспись, Илюша.
Мы уже стояли снаружи на лестнице, ведущей на тротуар. Вечерний воздух немного бодрил и приятно охлаждал голые ступни и воспаленный мозг, но не на столько сильно, чтобы дальше вести эту беседу.
- Знаешь что? Ты сама не лучше! Ты тоже сделала мне больно, тем своим поступком! Шесть лет назад, помнишь? Но я готов тебя простить и начать сначала! - все продолжал распинаться Карницкий.
Шесть лет назад… ах да. Припоминаю. Зацепило, значит. Ну ничего, ему полезно. Пока Илья продолжал делать все, для того, чтобы мои уши окончательно свернулись в трубочку, я заметила нежданного спасителя. Не веря своим глазам, я замерла на месте. Рядом с моим сырком, который сиротливо дожидался свою припозднившуюся хозяйку, прямо напротив входа, стоял Марк. Каждый раз, как встречаюсь с ним, чувствую себя подростком. Он был красивым, очень красивым. Высокий и крепкого телосложения. Темно-каштановые волосы, довольно коротко остриженные, но безумно мягкие и густые. Выразительные скулы, широкие брови, а эта нижняя губа, чуть более пухлая, чем верхняя… ее хотелось постоянно кусать. Ярко-зеленые глаза, обрамленные, длинными, темными ресницами и безумно манящий голос. Но главной изюминкой, была совсем небольшая, едва заметная, россыпь веснушек на носу и щеках. Боже, когда он улыбался, то был похож на юного мальчишку, которого я знаю еще с самого детства, но никак не на двадцатидевятилетнего парня, имеющего четырехлетнюю дочь. Кажется, сон откладывается до лучших времен.
Слетев с лестницы, я практически бросилась на шею к Марку, а мои вещи оказались на земле. Меня окутал такой знакомый запах горького шоколада и крепкого кофе... он пах, тем самым, уютным утром, когда не нужно вставать ни свет ни заря и куда-то спешить. Пока его не было в городе, я даже и не думала, что так соскучилась.