Кстати, Кавказ… это опять что-то не отсюда.
— Ну что таращишься? — прервала его размышления Матильда, — Возню собирай! Да не жадничай: на себе тащить придется.
— И тебя тоже? — сердито осведомился Артем.
— Да нет, я сама побегу, — язвительно ответила паучиха. — Не стану тебя утруждать. А то еще надорвешься…
— Ничего, пупок не развяжется, — буркнул Артем. — А вот ребра…
— Ребра?
«Вдовушка» мгновенно сменила тон. Похоже, заявление Артема ее не на шутку встревожило.
— Сьют задери, — приказала она, направляясь к нему. — Посмотрим, что у тебя там.
Артем не успел возразить, он лишь сообразил, что сьютом здесь принято называть то, что надевает на себя человек — кроме шузов, разумеется. Матильда подошла вплотную, подняла переднюю пару лапок, обхватила его чуть повыше коленей и начала быстро ими перебирать. При этом ее тельце поднималось, точно на домкрате. Вскоре к работе подключилась еще одна пара лап… Однако Артем недолго любовался согласованной работой ее конечностей. Верхняя пара лапок коснулась его голой кожи, и…
— Ты что дергаешься? — зашипела паучиха.
— Щекотно, — процедил сквозь зубы Артем.
На самом деле, было не только щекотно, но и больно, и Матильда это заметила.
— Терпи. — Она перебралась еще чуть выше. — И внимание…
Она чуть сдавила ему грудную клетку. Тут уже Артем взвыл в голос.
— Ну, — спокойно сообщила паучиха, — два ребра сломано. Ладно, разберемся. Встань-ка вон туда…
Следующие три минуты Артем провел, стоя на коленях под очередной «абстрактной структурой» и подняв руки над головой, точно звездный десантник, намеренный сдаться в плен трехметровому киборгу-негуманоиду. Матильда, уцепившись за простертую длань «инопланетянина», обматывала своего «напарника» нитью, точно катушку. Закончив, она спустилась и старательно обслюнила ему бока.
Шутка шуткой, но «лечебный корсет» оказался весьма удобным и прочным. Даже боль слегка отпустила. Артем встал, отряхнулся и вопросительно посмотрел на паучиху.
— Что смотришь? — в голосе Матильды снова появились брюзгливые нотки. — Собирайся! Пока нас кромешники не почуяли…
При воспоминании о черных амебах, атаковавших лагерь, Артема передернуло.
Он подошел к мертвой птице. Один вьюк удалось снять без труда, но второй, где находилась основная часть «рыбных палочек», была придавлена тушей хэнака. Артем навалился на нее плечом, но ничего не добился — только ребра заныли. С тем же успехом можно было попытаться сдвинуть с места скалу: веса в птичке было поболе, чем в лошади. Со стоном выпрямившись, Артем распаковал уцелевшую сумку. Содержимое выглядело удручающе: масса хлама плюс фляга емкостью в пару литров.
Он подозвал паучиху, и та подтвердила его худшие подозрения. Все таинственные приспособления, которые он обнаружил, предназначались для ухода за хэнаком. Возможно, некоторым нашлось бы другое применение, но «вдовушка» не дала ему времени на размышления.
— Иди сюда, — позвала она.
Артем обогнул тело птицы и сразу заметил, что привлекло внимание его спутницы.
Их хэнак не просто споткнулся. Он угодил лапой в дыру, подозрительно напоминающую кротовину… Только вот крот, сделавший ее, не уступал размерами Матильде. Паучиха осторожно подобралась поближе к отверстию и пыталась заглянуть внутрь.
— Ход на нижние уровни, — пояснила она и, заметив недоумение «напарника», добавила: — Похоже, это единственный выход.
— Вход, — поправил Артем.
— Что?
— Вход. Потому что мы, как я понимаю, собираемся туда войти…
Паучиха понимающе кивнула головой.
— …Если ты, конечно, уверена, что там никаких кромешников нет.
— Не уверена. Но низом мы быстрее доберемся. К тому же в коридорах кромешники охотятся поодиночке, а не стаями.
— Спасибо, утешила, — буркнул Артем.
— На здоровье, — невозмутимо ответила паучиха.
— Кстати, что за твари вырыли эту нору?
— Как ты сказал — нору? Ты про эту дупу в земле?.. Откуда я знаю… Может, кромешники, а может, нерпи или иголы… Какая разница!
— Большая. Кто вырыл нору… то есть дупу, тот в ней и живет.
— Вот тут ты ошибаешься, — «вдовушка» стряхнула прилипший к лапке комок земли. — Там, внизу, кто только не живет… А дупа проделана только для того, чтобы наружу вылезать. Кто проделал — неважно, а лазить через нее будут все, кому в этом месте нужно вылезти — и так, пока дупа не осыплется.