- И что вы там будете делать, даже если поступите? - спокойно заговорил Степан Сергеевич. - Не факт, что вы получите общежитие. Вижу, ты неглупый парень, потому сам рассуди. Общагу дают далеко не всем, не обольщайся. А ты знаешь, что такое снимать квартиру в Москве? Мне кажется почему-то, что даже не представляешь, оттого и такой самонадеянный.
- Слава, Степан прав, - Настя умоляюще смотрела в глаза Ростислава. - Мы не потянем с тобой. Ни у твоих родителей, ни у моих бабушки с дедушкой нет таких средств, чтобы учить нас в Москве.
- Я пойду работать, Настя! Я не боюсь никакой работы.
- Мы опять вернулись к тому, с чего начали, Слава: я не хочу, чтобы из-за меня ты не получил образование. Ты очень способный. А я... не факт, что здесь-то поступлю, я же не готовилась раньше, как все, недавно только начала! А Степан... он поможет с поступлением.
- Конечно, поможет, Насть, - воскликнул Ростислав. - А ты сама-то понимаешь, за какую плату он тебе поможет? Или ты так же, как твоя бабушка, наивно думаешь, что он испытывает к тебе отеческие чувства?!
- Это уже не твоё дело, парень, так что извини, - опять заговорил Степан Сергеевич. - Просто признай, что ты не можешь обеспечить Насте тот уровень жизни, к которому она привыкла и которого достойна. И не факт, что когда-нибудь сможешь. Не будь таким узколобым эгоистом. Настя - девушка не твоего уровня.
Не выдержав, Ростислав бросился на Степана Сергеевича, но Настя успела встать между мужчинами.
- Слава, всё, прекрати! - тихо, но отчаянно заговорила она. - Всё будет так, как я решила. И не надо так говорить о Степане. Мы с ним поженимся, он сможет всё организовать!
- Ах, вот даже как? - Ростислав отпрянул и попятился назад. - Тогда конечно. Совет вам да любовь!
Резко развернувшись, он быстро пошёл к своему дому.
- Слава!
Настя рванулась следом за ним, но Степан Сергеевич удержал её за руку.
- Всё нормально, Настюш, он переживёт. Видно же, что крепкий парень. А проигрывать надо уметь.
Ростислав не спал всю ночь, а утром, не выдержав, снова пошёл к Насте, и опять в надежде переубедить её.
Однако на этот раз он опоздал: видимо, будучи не до конца уверенным в твёрдости решения Насти, Степан Сергеевич поспешил увезти её раньше. Они уехали ночью.
Глава четвёртая
Такое поспешное бегство Насти, с одной стороны, окончательно выбило почву из-под ног Ростислава, а с другой стороны, пережив несколько самых ужасных дней в своей жизни, он как следует разозлился.
Он был очень зол на Настю, но не хотел ни возмездия, ни ме́сти. Он хотел забыть обо всём и продолжить жить дальше так, словно Насти у него никогда и не было.
Подготовка к вступительным экзаменам, само поступление в ВУЗ, последующий переезд в областной центр, - всё это сыграло исцеляющую роль для Ростислава, и новую жизнь он по-настоящему начал с чистого листа.
Конечно, он не перестал страдать и мучиться как по мановению волшебной палочки, потому что по характеру был очень верным и привязчивым человеком. Такие люди, как Ростислав, мало, кого впускают в свою жизнь и крайне редко раскрываются перед окружающими, но если уж кого-то по-настоящему впустили - это навсегда.
Однако Ростислав полностью принял ситуацию, смирился с ней, и, благодаря этому, продолжил жить дальше. Конечно, сначала у него совсем не было друзей на новом месте, однако с двумя парнями, с которыми он делил комнату в общежитии, приходилось волей-неволей общаться.
Один из парней, Фима, учился уже на пятом курсе, и он являлся для двоих более молодых соседей небожителем. Надо отдать ему должное, "молодых" он не обижал и свысока на них не смотрел. Он, казалось, жил уже в какой-то другой реальности, во взрослой жизни.
Вторым соседом был второкурсник Гриша. Насколько Ростислав был нелюдимым и закрытым, настолько Гриша был компанейским и общительным. Он почти с первого дня пытался расшевелить скромного первокурсника Ростика и приобщить его к весёлой студенческой жизни, однако его старания не увенчались успехом. Ростислав полностью сосредоточился на учёбе и сразу стал одним из лучших студентов потока. Во всяком случае, пока, - по результатам семинаров и практических работ.
Была суббота, середина октября. Андрей Ильич, отец Ростислава, уехал к родителям, чтобы помочь по хозяйству. Мать Ростислава, Наталья Аркадьевна, пекла пироги, а младшая сестра Ростика, Юлька, которой недавно исполнилось тринадцать, собиралась на прогулку. Она уже стояла в прихожей и надевала куртку, когда в двери кто-то позвонил. Юля решила, что за ней зашла подружка, жившая этажом выше, поскольку звонка в домофон не было, открыла двери и охнула от неожиданности.