— Чье поручение? — мне не удалось скрыть удивление.
— Все расскажу при встрече. Когда вам будет удобно?
— А можно сегодня? — спросила я, даже не пытаясь бороться с собственным любопытством.
— Конечно. Тогда жду вас. Пожалуйста, не забудьте паспорт и свидетельство о рождении. Адрес сейчас пришлю, — собеседник отключился, а через минуту прислал сообщение с названием улицы и номером дома. Я вбила адрес в интернет, он оказался не так уж и далеко.
Все время, пока я вела машину, пыталась понять, что это может быть за поручение? И кто его дал? А потом вдруг меня осенило: что, если это происки отца, чтобы вернуть меня домой? Но что такого он мог придумать, чтобы для этого понадобился адвокат? Решил лишить меня наследства? На мой взгляд, слишком уж радикально и мелодраматично. А этими качествами отец никогда не страдал.
Адвокатская контора оказалась совсем небольшой, и в данный момент я была ее единственным посетителем. Когда сообщила секретарше у входа, к кому пришла, она предложила присесть на кожаный диванчик, а сама скрылась в кабинете. Через пару секунд выглянула и пригласила меня войти. Сидящий за столом мужчина в строгом деловом костюме поднял голову и вежливо улыбнулся, жестом показывая на стул. Подождал, пока я устроюсь, и внимательно оглядел меня с головы до ног. Только потом попросил документы. Получив их, очень тщательно изучил все страницы, еще раз оценивающе окинул меня взглядом. Наконец потянулся и достал из ящика большой конверт из плотной светло-желтой бумаги.
— Итак, исполняю поручение, — громко заявил он. — Я должен передать этот конверт лично в руки Кудрявцевой Дарье Павловне, то есть вам. Что я сейчас и делаю. Вот, пожалуйста, возьмите, — мужчина протянул мне конверт. Я взяла его и недоуменно уставилась на собеседника.
— Это все? Я могу идти?
— Да, конечно. Только распишитесь вот тут, пожалуйста, — он подвинул ко мне большую толстую тетрадь. Я оставила автограф и снова взглянула на мужчину.
— Можно узнать, кто дал вам это поручение?
— Кудрявцева Наталья Дмитриевна.
— Мама?! — воскликнула я. — Но как же... Когда она это сделала?
Адвокат посмотрел в свои записи.
— Двадцать пятого июля.
— Этого не может быть! Двадцатого мама уехала в Сосновку и оставалась там неделю до дня своей смерти. Вы вообще знаете, что она умерла?
— Знаю, — спокойно произнес мужчина. — Это было условием выполнения поручения. И ошибки никакой нет. Двадцать пятого июля она была здесь, у меня в кабинете. Где мы и оформили ее поручение.
Несколько секунд я растерянно смотрела на собеседника. Мама, действительно, была здесь? Приехала в город на один день и ничего нам не сказала? Не заехала домой, не позвонила? А потом снова вернулась в деревню? Что вообще происходит? Я ничего не понимала. Мозг зацепился за странную фразу, и я потрясено спросила:
— Что за условие вы упомянули?
— Я должен был передать вам конверт через месяц после смерти вашей матери. Если, конечно, таковая случится. Смерти при любых обстоятельствах: естественной, насильственной, неважно. Что я и сделал. Извините, немного задержался, болел.
— Но... почему? Зачем маме это было нужно?
— К сожалению, не могу ответить на ваш вопрос. Не обладаю такими сведениями. Я вообще больше ничего не знаю. И что в конверте, тоже. Он предназначен исключительно для вас.
***
Почти бегом я выскочила из адвокатской конторы и быстрым шагом дошла до машины. Забралась внутрь и аккуратно вскрыла конверт. Терпеть до дома не было никаких сил. Мне на колени выпала сложенная пополам бумага. Всего один лист, исписанный аккуратным маминым почерком. Первая же фраза бросилась мне в глаза: "Дорогая, если ты читаешь это письмо, значит меня нет в живых". Слезы мгновенно брызнули у меня из глаз. Я быстро отвела руку в сторону, стараясь не намочить драгоценные листы, и попыталась справиться с рыданиями. А когда это с трудом удалось, продолжила чтение.
"Дашенька, я догадываюсь, что ты сейчас чувствуешь. В твоей голове наверняка немало вопросов. И мне так много нужно тебе рассказать, но я не знаю, с чего начать. Прости, это нелегко. Я могла бы просто прислать тебе свою исповедь, но не стану обрушивать всю ужасную информацию сразу. Ты мне не поверишь. А если даже и поверишь, правда может тебя сломать. А я этого не хочу. Я боюсь за тебя! Но и молчать больше нельзя.
Сначала тебе придется принять главное: все, что произошло со мной, я полностью заслужила. Мне некого в этом винить, кроме себя. Понимаю, как тяжело тебе это читать. Но теперь я буду говорить только правду. Во всем виновата я. Чудовищные ошибки, совершённые из страха, малодушие, обман — вот неполный список моих грехов. Они и привели к такому результату. И чтобы прервать эту страшную цепь, я пишу тебе письмо. К огромному сожалению, последствия моих поступков затронут и тебя.