Утро началось с необходимости срочно справить естественные потребности организма. Навесы были рассчитаны на двух человек, которые вполне комфортно могли спать под ним, когда было нужно, отпускались боковые стенки. Нас же под навесом оказалось трое. Я лежала на Дике, обнимая вместо подушки, а он обнял меня одной рукой, придерживая, чтобы не сползла во время сна на Лию, которая заняла большую часть спального места, расположившись по диагонали. Я раньше жила с мужчиной и знаю, что такое спать с ним в одной кровати, но никогда не было вот так, а ведь я за ночь, ни разу не пошевелилась. Не могу сказать, что мои бывшие храпели, но с ними мне было тесно, казалось, они вторгаются в моё личное пространство. С мамой я таки вопросы не обсуждала, а бабушка только посмеивалась.
– Маленькая ты ещё, не доросла до отношений с мужчинами. Вот подрастёшь и тогда.
Бабушка всегда говорила загадками. Жизни не учила, но при этом я всегда чувствовала себя маленькой несмышлёной девочкой. В принципе это так и было. Неужели его так достала Триш, что он решил, что знакомое зло лучше, непредсказуемого нового возможного счастья. Чего ждать от меня, он, по крайней мере, точно знал. Тихонько сползла с Дика и, стараясь не шуметь, отправилась в импровизированную уборную. Возвращаться под навес не стала, просканировала окрестности, убедилась, что накопители работают. Решила побыть ещё немного кухаркой и приготовить на всех завтрак. Поль тоже оказался ранней птичкой, он как истинный военный проверил работу контура и присоединился ко мне, решив, помочь с приготовлением каши. Он с важным видом помешивал крупу в котелке и рассказывал разные смешные истории из своей жизни.
– Я подхожу к нему кладу руку на плечо и так нежно шепчу на ушко. Пора вставать.
– А он что?
– А он, сейчас лапочка, ещё немного.
– А ты?
– Я как гаркну. Подъём! Отставить лапочку!
Мне было смешно, Поль хороший рассказчик, может его истории не очень смешные, но то, с какой интонацией он их рассказывал, вызывало искренний смех. Все дни, что нам пришлось провести, наблюдая за накопителями, мы общались на разные темы, вели наблюдения и просто наслаждались возможностью никуда не спешить, при этом не надо решать свои и чужие проблемы. Это предстоит делать по возвращению из экспедиции.
Дик не понимал своего интереса к Деоне. Раньше всё было понятно и просто, она преследовала его, пытаясь навязаться в жёны. Она не просто хотела стать его любовницей, она хотела получить его жизнь в свои загребущие ручки. Деона была не первая, кто активно пытался стать хозяйкой в его доме, но она стала первой, к которой он испытал эмоции. Нет, это была не любовь, и конечно не ненависть скорее что-то близко к интересу. Ну, ну что ты ещё придумаешь? Далеко не глупая девочка, вела себя как человек потерявший рассудок. Она называла это любовью, насколько он знал, любовь это нечто другое. То, что нельзя описать словами. Её можно только доказывать своими поступками и верностью. То, что испытывала к нему Деона, он мог назвать страстью, желанием обладать, и он не мог винить её за такой эмоциональный всплеск. Сейчас она стала спокойней, тот блеск в глазах, когда Деона смотрела на него не исчез. Появилась грусть и Дик никак не мог понять, о чём она сожалеет. Его интерес к ней не угас, но если тогда к нему примешивалась жалость, сейчас чувство ожидания волновало его. Как будто он надеялся на то, что Деона до сих пор хочет его. Триш предлагала себя, и он мог сбросить скопившееся напряжение с ней, но если Деона хотела его, ей нужен был он и только он, то для Триш секс, лишь способ получить возможность манипулировать им. Изредка он позволял такой вид шантажа. Ему проще заключить с женщиной договор, который будет устраивать обе стороны, он ни разу не пожалел об этом. Кроме Деоны его тревожила обратная дорога. За те пять дней, что работали накопители, мёртвые земли не стали менее опасны. Им предстоит битва за возможность вернуться домой. Дику удалось отправить сообщение, когда на месте стоянки восстановился энергетический баланс. Как бы ни хотелось, но надо возвращаться. Время у них ещё есть и возможно вопреки всем правилам они смогут помочь группам, которым повезло не так как им. Дик дал своей группе сутки на сборы.