— И зачем вам это здесь?
— Раз нет денег на охранников, нужно придумать что-нибудь другое, верно?
— Вам палец в рот не клади, Сорель. Еще скажите, что уже применяли подобное.
Я только хмыкнула.
Жгучее зелье на костях багряного василиска творит настоящие чудеса. Случается один-единственный разрывной шар разгоняет целую свору негодяев, подстерегающих беззащитную девушку в переулке. Иногда достаточно просто вынуть его из кармана, иногда посильнее швырнуть на дорогу или о стену. Правда, тогда можно кому-то навредить или проделать дыру в стене. Но если выбирать между риском и спасением собственной жизни, вторая существенно перевешивает.
— Мне казалось, это не совсем законно, — тихо добавил Анри.
— Вполне законно. До тех пор, пока нет пострадавших. А чем я занимаюсь в свободное время в собственном доме — готовлю зелье или вышиваю — никого не касается.
— Последнее занятие, за которым я бы мог вас представить — вышивание.
Я прикрыла дверцу шкафчика и вернулась за стол. Главенствующее место за ним снова захватил Анри. Мы только-только завершили подсчеты прибыли после морского праздника и собирались обсудить новую идею, невзначай подброшенную Тибо. Признаюсь, она мне пришлась по душе.
— Кстати, мастер дознаватель не приходил? — Анри потянулся к письмам, сложенным на краю стола. — Время вечернее. Ему пора ужинать.
— Беспокоитесь о его питании?
Захотелось добавить «прямо как леди Бланш Сибилл». Но о том разговоре Анри лучше не знать, иначе изведет, а на этот счет у меня совершенно иные планы.
— Всего лишь хочу узнать, что нового по делу несчастного Обена. Ведьма Розелл, знаете ли, не идет из головы, — он принялся перебирать письма. — Вы уже просмотрели? Позвольте-ка еще раз взгляну.
— У ведьмы слишком длинный язык и совсем коротенький дар. Надеюсь, на сей раз Реджис Эрван будет более благосклонен и что-нибудь расскажет.
— Сорель, — хитро сощурился Анри, отрываясь от конвертов, которые перебрал уже трижды. Их всего пять и ни единым больше. — Еще злитесь на милашку Розелл? Уверен, она не хотела раскрывать ваш скромный секрет.
— Заткнитесь, не то превращу в жабу.
— Это невозможно — сами говорили.
— А я поднапрягусь.
С улицы донесся зычный крик возницы, и Анри внезапно вздрогнул, ругнулся и поднялся закрыть окно. Письма, пересмотренные несколько раз, все также лежали посреди стола.
— Вы так мило злитесь, что прямо подмывает лишний раз подразнить.
— Анри, моя жизнь — не ваше дело. Я же не интересуюсь вашей. И подумайте, что я могу сделать одними только травами, без превращений в какое-нибудь неприятное существо. Отложите наконец бумаги. Они-то чем виноваты?
Равьен-младший с первой встречи удивлял умением сохранять невозмутимый и слегка беспечный вид. Но сейчас он заметно нервничал, злился и то и дело отбрасывал назад волосы.
— Сорель, больше ничего не приходило? Уверены, что это все письма?
Откинувшись на спинку кресла, я пожала плечами, возвела взгляд к потолку и скучающим тоном произнесла:
— По-моему, стало темновато. Достаньте-ка еще свечей, м?
Анри приподнялся и склонился над столом, подаваясь в мою сторону.
— Сорель, я серьезно. Это все письма?
— Все. Думаете, я их прячу? Все, что касается таверны, перед вашими глазами. Или ждали нечто особенное? Зачем вы вскочили? К чему так переживать?
— Сорель, — Анри качнул головой, присел, не сводя взгляда. — Объясните, где остальные письма.
Тут мне надоело разыгрывать сцену.
— Нет уж, вы объясните. Какой тьмы на адрес таверны приходят ваши личные послания? Почему я ни сном ни духом? Если б не Кайра, ничего бы и не узнала. Признавайтесь, Анри, какие делишки справляете за моей спиной? Ну?
Пару мгновений бухгалтер просто молчал, плотно сжимая губы. Будто боялся, что неосторожное слово нет-нет да и вылетит наружу, разом перечеркивая все старания. Цвет его лица постепенно становился все бледнее и скоро сможет сравниться со страницей учетной книги.
— Допрос решили учинить, Сорель?
— Да катитесь вы во тьму, если собираетесь скрывать и дальше, — клянусь богами, самой стало страшно от вдруг появившейся в голосе жесткости. — Не скажете, в чем дело, можете проваливать из таверны и не возвращаться.
— Будто вы без меня справитесь?
Я покачала головой и выпрямилась, поскольку кресло вдруг стало чудовищно неудобным. Представлять этот кабинет, да и всю таверну без Анри не просто не хотелось, а было как-то страшновато.