Я отвернулась. Ну и как дальше? Бежать в городскую стражу или к дознавателю? Вытолкать Анри пинками? Заставить принести клятву на крови? Зачем? Кому станет легче? Сшейды бы сожрали таверну! Я-то думала, владеть ею это только следить за порядком в зале и успевать закупать продукты. Никто не говорил, что придется отвечать за других людей. Тетка Женива, какой бы старой грымзой ни была, умела.
— Уволите меня? — спросил Анри. — Что ж, я зла не держу. Вы в своем праве, да и сам заслужил.
— Катитесь же вы во тьму, — сквозь зубы протянула я, а затем резко поднялась, от чего бухгалтер отпрянул назад.
На средней полке в шкафу стояло широкое цветное блюдо. Долго стояло — видно с самого открытия таверны. В детстве я частенько заглядывала в него и находила мелкие монетки. Сегодня же оно было чистым, пустым и как нельзя лучше подходящим для задуманного.
— Что вы за…
— Кладите документы. Кладите-кладите, таращиться после будете.
Анри сообразил, что к чему, и на губах появилась чуть заметная улыбка.
— Спасибо, Сорель.
— Сверните получше — края свисают.
Когда листы были уложены как следует, я коснулась уголка пальцем. Тот немного обуглился, затем от него потянулась стремительно чернеющая полоса, а через несколько мгновений вспыхнул огонь.
— Вы не лишитесь чувств? — пробормотал Анри, завороженно глядя на пламя.
— Не дождетесь. Это единственное из стихийной магии, что не вызывает отката.
— Значит, вы способны управлять огнем?
— Зажечь свечу — не больше. И прекратите задавать глупые вопросы. Уму непостижимо, как вам доверили опасное дело, Анри.
Документы, подтверждающие, что несчастная Рени Корин наследует солидное состояние, превратились в пепел. Кабинет заполнился запахом горелой бумаги, и придется как следует проветрить. А еще заставить Анри вымыть блюдо. Пусть поработает.
— Все-таки вы та еще злыдня, Сорель, — он глядел с довольной улыбкой. — Но работать с вами особое удовольствие. Ни на что бы не променял.
— Раз так, наведите здесь порядок — займитесь чем-то полезным. И держите язык за зубами, договорились?
— По рукам. Я ваш должник?
— Боги, упасите, — я засмеялась и покинула кабинет, не собираясь растягивать дальнейшие расшаркивания.
Глава девятнадцатая
Как и всякий портовый городок, Леайт не славился чистым воздухом и покоем, которого частенько искали приезжие. Если со стороны моря дул резкий и холодный ветер, рыбная вонь неизменно достигала даже старинных кварталов, где поселился дознаватель. О моей улице и говорить не приходилось. Центральная площадь со зданием магистрата тоже страдала. Нередко там можно увидеть даму или господина, прижимающих к носу надушенный платок. Такова участь любого городка на побережье — то, что давало ему жизнь, его же и отравляло.
Шум и зловонье не достигали лишь одного района. Удаленный от тракта и растянувшийся выше остального города, он напоминал благополучный столичный пригород, куда тянулись более-менее обеспеченные люди. Дома здесь строили, не обращая внимания на извечную тесноту стареньких улиц. Их размеры ограничивались разве что кошельком и аппетитами владельца.
Покойный ныне Годард Обен, похоже, не слишком-то стремился демонстрировать достаток, если тот был приличным. Домик не тянул на роскошный особняк, но выглядел довольно уютным, хоть и тесноватым по здешним меркам.
— Готова спорить на что угодно, вид из окон чудесный.
— Тогда считайте меня проигравшим — так и есть.
Надо же! Оказывается, Реджис умеет шутить и, надо признать, довольно уместно. А еще он улыбается чаще, чем можно было представить, и выглядит гораздо привлекательнее, когда не валится с ног. Да и, судя по беседе с лейтенантом Лоупом, которую я невольно слушала в пути, вполне способен сходиться с людьми. Впрочем, по словам Бланш, это всегда удавалось.
— Вам нравится здесь?
Я оторвала взгляд от стройных молодых деревьев, высаженных вдоль дороги. Еще пара-тройка лет и их кроны расширятся и окончательно скроют от местных неприглядную леайтскую серость. Глядя со вторых этажей те будут видеть только зелень и гряду скал, уходящих в морскую синеву.
— Да. Здесь неплохо. Господин Обен знал толк в недвижимости. А вам?
Реджис чуть заметно мотнул головой.
— Слишком близко к городу.
— Разве? — я невольно оглянулась на лошадей, которых лейтенант Лоуп как раз передавал подошедшему слуге. — Идти пешком было бы утомительно.
— Вы правы. Но надумай я выбирать дом, предпочел бы другое место.