— Хотите устроить праздник, господа? — прохрипел Тибо, приближаясь к нам. — Разве окончание весны отмечают?
— В том-то и дело, — улыбнулась я. — Никто не отмечает, а мы будем. Представьте, сколько придет гостей. В Леайте местным скучно.
Музыкант нахмурился:
— Нужно что-нибудь особенное. Госпожа Сорель, вы бывали на маскараде? Мне однажды довелось в Барбране — это в северных провинциях. Восхитительная красота! Все жители в ярких нарядах, масках и кха-кха… танце… кха…танцевали.
— Тебе бы помолчать, — хмыкнул Анри.
— Какие танцы? Здесь не хватит места.
— А снаружи? На ули…кха-кха-кха-а…це. Как в прошлый раз.
— Сорель, — стерев снисходительную насмешку с лица, Анри указал в сторону музыканта пером. — Неплохая идея. Ваш ухажер из магистрата поможет с разрешением?
— Да какой он… — я махнула рукой, не желая в который раз вспоминать, что Ноэль Лэндри внезапно пропал. Похоже, у местной знати это в порядке вещей. — Всерьез думаете, моряки станут танцевать в масках? А наши соседи? Я сама, признаться, не умею.
— Я немного могу, — пожал плечами бухгалтер. — Но крайне скверно. И вообще, вам не обязательно, времени не будет.
Тибо же гордо выпрямился, сделал шаг назад, чинно поклонился и протянул руку.
— С радостью научу, госпожа Сорель.
— Помилуй, Лорхана. Ты чуть живой.
— Не беспокойтесь. Я слуга искусства, выдержу. Давайте руку, покажу несколько несложных фигур. На балах… кхм-кхм… не скачут, взявшись за руки. Это вон крестьяне так пляшут. А в благородных танцах каждое па имеет смысл. Ну-ну, не стойте, пока я окончательно не онемел. Кхм.
— Анри, хоть вступитесь?
— Попробуйте, Сорель.
— Чтоб вас во тьму.
Длинные пальцы Тибо чуть ощутимо сжали мои, а приглашающий жест сгодился бы потомственному лорду, а не оборванцу с лютней. Мы вышли в проход между рядами столов, и Тибо коснулся плеч, давая знак выпрямиться, затем подбородка, призывая поднять голову, положил руку на талию.
— Два шага на меня, госпожа Сорель, затем третий вправо. А на четвертом вы должны развернуться и сменить партнера. Это просто, кхм-кхм. Давайте. С правой ноги.
Надеюсь, никто из слуг или посетителей не появится и не застанет хозяйку заведения за крайне глупым и бесполезным занятием. Чего не могла представить, так это обучения танцам. Неужели люди тратят на подобное целые годы жизни?
Собственное тело, всегда подвижное и хрупкое, вдруг стало неповоротливым, тяжелым и до ужаса неуклюжим. Подол юбки мешал как никогда прежде — путался и цеплялся за ноги. Я чувствовала себя медведем в посудной лавке. Попадись на пути хоть самая маленькая чашка, разлетелась бы на сотню осколков.
— Раз, — шептал Тибо, отступая назад и увлекая за собой. — Два. Три. Видите, это легко. Развернитесь, чуть присядьте как в поклоне.
— Этого ты не говорил.
— Пропустил, кхм-кхм. Теперь еще шаг и… о, боги! Не наступайте мне на ногу. Подайте руку господину Анри. Вот. Еще раз?
— Сорель, а это весьма забавно. Давайте снова, уже все вместе.
Анри скинул камзол, поправил на плечах рубашку и решительно встал рядом.
— И вы туда же? Это точно нужно для праздника?
Ответом стали укоризненные взгляды, после которых я мысленно послала все на свете во тьму, сшейдову нору, к подводному богу и согласилась. Снова вышло неловко. Анри тихо взвыл, сетуя на отдавленные пальцы и полное отсутствие грации, однако, не передумал. Еще после пары повторений я споткнулась уже из-за него, а сама не допустила ни единой ошибки. С новой попытки вышло удачно и не доставало только музыки.
— Еще раз, — совсем хрипло произнес Тибо. — С первого шага. Раз. Два. Три, четыре, разворот, — хлопнула входная дверь, но я не обратила внимания, рассмеявшись за замечание Анри. Плевать, если кто-то увидит. В собственном доме развлекаюсь как хочу. — Теперь подайте руку. И раз. Два… кха-кха.
— Сшейдов хвост, — пробормотала я, разворачиваясь и замирая с рукой, протянутой в сторону Анри.
Мастер дознаватель собственной персоной стоял посреди зала и не без интереса наблюдал за происходящим. Он сложил руки на груди и, кажется, надеялся дождаться окончания спектакля, раз не спешил прерывать.
— Доброе утро, господин Эрван, — произнесла я, убирая со щеки прядь волос.
Он внимательно осмотрел нашу компанию.
— Я получил вашу записку, госпожа Ирмас, и решил обсудить. Судя по всему, не вовремя?
О, нет, вы всегда знаете, когда следует появиться.
— Не беспокойтесь, ничуть не отвлекаете.
Я постаралась выровнять дыхание и не отводить взгляда, хотя сердце в груди так и колотилось. Почему вдруг столь сильная неловкость? Будто не за танцем застали, а за чем-то постыдным.