— Но если она попадет в беду? Будет продана или что-нибудь похуже?
Дознаватель не разделял переживаний. Вероятно, в практике случались истории куда более скверные, чтобы думать о судьбе одной-единственной девицы. В конце-концов, это в мою руку она вцепилась, умоляя о помощи.
— Госпожа Ирмас, как я понимаю, все зависит от того, окажутся ли капитан Рентье и ваш постоялец замешаны в деле о контрабанде. Если нет, увы.
Он развел руками.
— Во дворе будут дежурить мои люди. Обещаю, они не станут вмешиваться без особой необходимости, и вы их совершенно не заметите.
— А вы уходите?
— А у меня пара часов, если не меньше, чтобы получить доказательства вины Рентье или же отпустить его на все четыре стороны. Будьте осторожны, госпожа Ирмас.
Дознаватель накинул капюшон и вышел на улицу, где бушевал дождь. Задать еще хотя бы один вопрос не дал возможности. Дело слишком серьезное, время поджимает, тратить время на разъяснения попросту незачем.
— Г-госпожа Сорель, — тихонько позвала Марта.
Сонливость как рукой сняло. Я закрыла дверь, из-за которой тянуло сыростью и холодом, в который раз поправила халат. И только сейчас сообразила, что за одну ночь успела показаться в ночной рубашке постояльцам, капитану Рентье, его команде, а теперь еще и городскому дознавателю. Лихо начинаешь, Сорель. Если пойдут слухи, горожане сумеют убедиться в правдивости слов покойной тетки Женивы.
— Как быть-то, госпожа? — Марта кивнула в сторону стола. — Еду подавать?
— Подавай, — вздохнула я. — И подавай подольше, чтоб они задержались. Слышала ведь, что господин Эрван сказал?
Марта прошептала, боязливо понижая голос:
— Боюсь я его, госпожа Сорель. В городе недавно появился, а люди разное говорят.
— Что же говорят?
— Да всякое. Будто он из благородных, раньше в столице, в королевской полиции при дворе служил, а потом за какую-то тяжкую провинность сюда был сослан. То ли покалечил кого-то, то ли убил. Да не простого человека.
В подтверждение слов Марта подняла указательный палец и выпучила глаза словно Реджис Эрван совершил злодеяние не где-нибудь, а прямо в ее спальне рядышком с кухней.
— Эй, хозяйка! Где там еда? — донеслось из зала.
— После расскажешь, Марта, — шепнула я. — Готовь лучше, что можно подавать.
Вошла красная как помидор Кайра.
— Госпожа, они еды просят. А еще один с собой звал, в плавание.
— После порции рома он тебя и не туда позовет. Подай мясо, а после овощи.
В зале моряки продолжали беседу. Оживленной, как до появления Кеннета, она уже не была. На лицах читались напряжение и враждебность. Надеюсь, драка «коту и лютне» не грозит.
— Долго тебя не было, Сорель, — проговорил Кристоф, опять оказавшийся у стойки.
— Поварихе спросонья стало нехорошо — отвыкла от ночных гостей, разволновалась.
Соврать что-нибудь более убедительное я не сумела. Зачем может понадобиться помощь хозяйки на кухне? Знай я о тавернах чуть больше, придумала бы.
— Кеннет сказал, ты травница. Лечишь его дочь.
Капитан Рентье придвинул кружку.
— Плесни-ка еще малость.
— Не хватит ли?
— Я запретил много пить команде, но себе отказать не могу.
Когда в кружке оказалось рома всего на один глоток, капитан не стал упрекать в жадности. Наоборот, поблагодарил за заботу.
— Так ты действительно травница?
— Действительно, капитан Рентье. Но мы вроде бы не переходили на «ты».
Кристоф подался ближе, внимательно разглядывая мое лицо.
— А что мешает? Перед кем здесь чиниться, Сорель? Или боишься меня?
Я не успела ответить, а капитан продолжил:
— Так что там с девицей? Эри, кажется? Он всерьез больна?
Рентье пришел не ради лишнего глотка рома. Этого добра и на кораблях бывает навалом. Да и думать, что потерял голову из-за моей неземной красоты, не стоит. Он отчего-то не доверяет Кеннету Ярсону и хочет выведать правду.
— Больна. Лежит в жару. Я дала снадобье, но пойдет ли болезнь дальше, станет ясно лишь утром.
— И ты сможешь ей помочь, в случае чего?
— Разве что лекарство приготовить и дать. Да и то, если будут нужные травы и вещества. Я не целитель, капитан Рентье. На большее дара не хватит.
Кристоф кивнул в сторону моряков за столом.
— Выходит, Ярсон не лжет. Славно. Не забудь проверить деньги, которые он заплатит. С такого станется подделку подсунуть.
Я отложила учетную книгу, в которой только что сделала отметку об открытой бутылке рома. Капитан Рентье не прочь поговорить, а мне нужно задержать его подольше, как просил дознаватель.