Утром, сонная после успокоительных капель, одетая в очередное платье матери и нервно сжимающая ручку корзины, Эри отправилась в город. Марте снова требовалась свежая зелень, а мне дойти до аптекарской лавки. Прогуляться вместе Эри предложила сама, едва услышала о планах пополнить лекарственные запасы. Сказала, что так ей будет не страшно и легче привыкнуть к наблюдению.
— Мне кажется, все вокруг пялятся, госпожа, — она сжала мою руку, когда свернули на набережную. — Еще и этот идет хвостом…
— Брось, я его даже не вижу.
Полагаться на одного только Алера Реджис не стал. Парень хоть и обладал не самой приметной внешностью, как, к примеру, Тьерн, но мог примелькаться и людям капитана Далина, которые тоже могут следить за Эри. Поэтому сейчас за нами шел один из городских стражников, а Алер появится в следующий раз.
— Вам не страшно?
— Нет, — почти не соврала я. — Странно, но не страшно уж точно.
— А мне, — Эри замялась, подбирая слово. — Тревожно. Смотрю по сторонам и думаю: вот сейчас появится кто-нибудь.
— Вряд ли он появится, пока мы вдвоем.
— Верно, — тихонько вздохнула Эри и поправила выцветшую шаль. — Сходите со мной к портному? Надоело в старых платьях ходить и денег немного собрала.
— Нет уж. Он в паре домов от нас живет.
— Госпожа Сорель…
— Я не могу ходить с тобой постоянно. Помнишь, что сказал господин Эрван?
Обычно упоминания Реджиса хватало для пресечения любых дальнейших вопросов. Эри недоверчиво хмурилась, отводила глаза и замолкала. Неужели я вела себя также совсем недавно? Поверить не могу.
Близилась середина лета — солнце поднималось к зениту все быстрее, припекать начинало с самого утра, а ветер, хоть и нес солоноватую морскую свежесть, становился слишком теплым. Я все чаще подумывала достать из шкафа теткину коробку со шляпами. Может, среди них найдется та, в которой получится не выглядеть глупо, а заодно сберечь лицо от лишнего загара и не щуриться, глядя на собеседника, как сейчас.
— Скажите, госпожа, — Эри остановилась и придержала за руку прямо напротив парфюмерной лавки, владелец которой не научился удерживать запахи во флаконах. — Вы на меня злитесь? Только честно.
Я покачала головой, стараясь сделать хотя бы пару шагов в сторону. Сочетание духов, рыбы и готовящейся рядом пищи было просто кошмарным.
— Не злюсь, но…
Я пыталась подобрать точный ответ, а он все никак не находился. Эри напряженно ждала, не обращая внимания на слепящие солнечные лучи.
— Я не могу на тебя злиться. Но и забыть о твоем побеге не могу.
— Значит, не доверяете?
— Не как раньше.
Эри опустила голову и, слава Лорхане, двинулась вперед. Если в столице летом было не продохнуть, то Леайт превращался в настоящую сковороду, куда бросили все найденное на кухне разом.
— Знаю, я все испортила, — произнесла она. — Но по-прежнему хочу быть вашим другом. И чтобы господин Анри больше не бросал косых взглядов. И никогда не слышать о Кеннете. Вы же позволите работать в таверне, когда все закончится?
Хоть сама никогда не была на ее месте, не говорила таких слов, сердце сжалось.
— Работай, пока не захочешь уйти.
Эри улыбнулась в ответ, неловко ойкнула, едва не споткнувшись о камешек под ногами, потом подняла голову и добавила, указывая на крыльцо аптекарской лавки:
— Глядите-ка, там леди Бланш.
Восхищение, мгновенно заместившее страх в глазах Эри, было полной противоположностью собственных чувств. Бланш Сибилл — последний человек в Леайте, с кем я предпочла бы столкнуться лицом к лицу. Кристоф Рентье, неизвестный, но очень опасный капитан Далин, бургомистр, крикливый Жакри, да хоть сам подводный бог — только не она.
— Идемте поздороваемся, — предложила Эри.
— Погоди.
Но для того, чтобы тихо постоять в сторонке оказалось поздно. Бланш, сегодня в сопровождении служанки, в которой я узнала горничную из ее дома, нас заметила. С крайне благосклонным видом кивнула аптекарю, решившему лично проводить важную гостью, что-то сказала девушке и та с легким поклоном ушла. Потом Бланш направилась к нам и не оставалось ничего, кроме как двинуться навстречу. Сшейдов же хвост! Почему нельзя притвориться мертвой? Или исчезнуть прямо в воздухе? Ариарны, если верить старым учебникам, умели.