Ламар Бенуа проводил на улицу, как всегда наговорил любезностей и поклонился на прощание.
— Жаль — не все мужчины такие, — вздохнула Эри. — Моряки вон сплошь грубияны — только и знают гоготать над своими пошлыми шутками. Точно как Кеннет или вон тот, которого господин дознаватель приставил.
Чем ей не угодил молодой стражник, сменивший Алера, я так и не поняла. Они едва перекинулись парой слов и видели друг друга, в основном, на расстоянии. Выглядел парень самым обычным, никак не выделялся среди горожан, и я сама его практически не замечала.
— Ты с ним дольше минуты не говорила.
— Все равно, госпожа, — нахмурилась Эри. — Что господин Бенуа, что господин Дами — сразу видно, образованные. Когда господин Дами за мной по улицам идет, как-то спокойнее. Я ему больше доверяю.
Я беззвучно усмехнулась, а Эри слегка покраснела и больше ничего не сказала. Наученная неприятным опытом с Анри, она не пыталась выражать симпатии, если ей кто-нибудь нравился. Но надежд выйти замуж не оставила. Когда первые страх и оторопь прошли, Эри ожила, перестала трястись каждый раз выходя из таверны, и стала напоминать себя прежнюю.
Капитан Рентье приходил в «кота и лютню» дважды и вел себя свободно. Но не сделал ничего, способного вызвать подозрение или привлечь лишнее внимание. Он заговаривал со мной, расспрашивал о делах, делал намеки, а потом возвращался к своим людям и это ничем не заканчивалось. Многие вели себя подобным образом и зацепиться за безобидные слова я не могла. Замечала во взгляде что-то недоброе, но закона, запрещающего разглядывать хозяйку таверны, не придумали. Сказать кому — только опозориться.
— Вам, госпожа, кроме трав, ничего из лавки Ренарда не нужно?
Эри нарочно шла очень медленно, стараясь оттянуть момент, когда я отправлюсь домой, а она — пройтись до аптекарской лавки в одиночестве.
— Нет, ничего. Ты после зайди куда захочешь.
Пару недель назад Эри пришла бы в восторг от внезапно свалившейся свободы и возможности вволю погулять по городу. Теперь работа на кухне и перебранки с Тибо были куда привлекательнее, но сидеть в четырех стенах нельзя.
— А если никто не объявится? Вдруг зря ждем, госпожа?
И я, и Анри, и Тьерн Валериас задавались тем же вопросом. Вдруг у дружков Кеннета изменился план? Или они решили не доверять Эри? Или почуяли опасность и давным-давно ушли из порта? Тогда почему «Аванти» еще здесь? И связаны ли они вообще? Реджис четко велел ждать, а поводов не доверять ему у меня не было.
— Откуда ж нам знать?
Она пожала плечами и, не оглядываясь по сторонам, как учили, зашагала в сторону площади. Где в это время был сопровождающий стражник, неизвестно. Он из местных, каждый переулок в городе знает и всякий раз будто растворяется в воздухе. Возможно, причина в амулете, который дал Реджис, а, возможно, в умении хорошенько прятаться.
Каждый день мы с Мартой и Анри выдумывали для Эри поручения, на которые приходилось тратиться. Если служанка из таверны будет попросту шляться по городу в рабочее время, это кому угодно покажется подозрительным. Поэтому Эри ходила на рынок, в аптекарскую лавку к изнемогающему от любопытства Ренарду, за перьями и бумагой, пару раз отнесла пирог в заведение госпожи Розин. Из последнего вернулась с пунцовыми щеками и обидой — Розин спросила, не надоело ли строгать овощи и намекнула, что уж у нее-то работенка оплачивается получше.
Незнакомец, принесший послание впервые, не объявился за прошедшие несколько дней. К тому же, капитан Рентье обмолвился, что «Аванти» закончил необходимый ремонт и вот-вот выйдет из гавани. И я, и Эри немного выдохнули, надеясь, что все обойдется. Но после очередного похода на рынок она вернулась белее стены и не сумела толком ничего объяснить. Позже появился Алер Дами и рассказал, что видел, кто передал сообщение.
Успокоилась Эри только после кружки чая и капель, которых благодаря ее походам к аптекарю я могла приготовить для половины города уж точно. Она не плакала, но была перепугана и, казалось, не верила в происходящее. Ожидание, хоть и измучило ее, но дало передышку и заставило почувствовать, что ничего не случится и все пройдет как-то само собой.
— Я успела понадеяться, госпожа Сорель, — сказала, пока мы сидели вдвоем, ожидая прихода Реджиса и Тьерна.
А позже, когда все собрались, Эри принялась рассказывать:
— Честное слово, господа, я совсем ничего не ожидала. Даже по сторонам не смотрела. Знакомых никого не видела. А того, который в прошлый раз подходил, тем более. Головой по сторонам не вертела — как вы учили, господин дознаватель. На прохожих не пялилась. Да и на меня никто. Ничего странного, одним словом, не было. А потом подошла Ами — девица из заведения госпожи Розин. Она на праздник в таверну приходила. Может, вы, госпожа Сорель, помните? Вы-то уж, господин Анри наверняка.