— А вы не могли бы…
— Я не принимаю заказы.
— Не принимаете вообще? Или не принимаете у меня? — чуть подался вперед Реджис.
— Господин Эрван, — я позволила себе легкую улыбку. — Мои личные симпатии здесь не при чем. В таверне полно дел, а под рукой нет ни единой склянки для приготовления снадобья длительного действия. То, что пили вы, просто отвар из трав, усиленный магией. Он годен лишь сутки. Полагаю, в академии вам объяснили, в чем разница?
Не хочу представлять, что скрывалось за равнодушным взглядом Реджиса. По всем правилам пора закрыть рот и прекратить перепалку. Но я никак не могла успокоиться.
— Пошлите кого-нибудь узнать, проснулся ли Линдар. Куда больше пользы будет.
— Лучше проверю сама.
Я демонстративно захлопнула книгу, сделала знак Лизет, чтобы заменила меня за стойкой, и направилась наверх. Вряд ли Реджис Эрван провожал взглядом. Он неведомо какими усилиями сумел пресечь очередной спор, а мне вдруг стало невыносимо стыдно. Так, что хотелось влезть под стойку и не показываться до глубокой ночи, пока посетители разойдутся, сам дознаватель плюнет на все и отправится в участок, а слуги сообщат, что выходить безопасно. Я чувствовала себя маленькой избалованной девчонкой, вцепившейся в обидное слово. Глупо, светлые боги, как же это глупо! Но Реджис, пусть и извинился, совершенно не признавал вину. Как смотрел свысока, так и смотрит, и по-другому уже не будет. Как же — как же! Маг-разрушитель высокого происхождения и слабенькая травница. Девица настолько недалекая, что еще и пытается раз за разом разжечь ссору. Я хотела себя защитить, а в итоге выгляжу полной тупицей.
В маленькой комнатке над кухней Кайра как раз подала Линдару воды.
— Госпожа, он только что проснулся. Жара нет.
Линдар выглядел лучше. По-прежнему бледный и измученный, но по крайней мере похож на живого человека. Я присела на край постели и коснулась его руки. Болезнь уходила. Довольно быстро, учитывая, что сильнодействующих лекарств не давали.
— Госпожа Ирмас, — слабо улыбнулся Линдар. Голос был еще хриплым, но достаточно громким. — Мне лучше.
— Вижу, — сказала я. — Внизу ждет мастер дознаватель Эрван. Он хочет поговорить с вами.
— Я готов, — ответил Линдар после небольшой паузы. Ее можно счесть за слабость, но мне показалось, пострадавший отчего-то медлил. Во взгляд появилась настороженность, стоило только услышать имя дознавателя. Хотя, очевидно, скоро я сама начну так реагировать.
— Хорошо. Я дам немного цитрусовой настойки — она придаст сил. Кайра, пригласи господина Эрвана.
Служанка ушла, а я потянулась к пузырькам на тумбочке. Все содержимое пояса и сумок оказалось здесь. Покойная тетка, несмотря на почтенный возраст, лекарств в доме почти не держала. Надо бы пополнить запасы. Купить, а лучше сварить самой, если будет время.
— Госпожа, где Пати? — спросил Линдар, когда поднесла к его губам ложку с настойкой.
— Она внизу. Вместе с Ивон. Обе пришли рано утром и очень беспокоятся о вас.
— С Ивон?
— Да. Сестры пришли вдвоем.
Линдар почему-то усмехнулся и послушно выпил лекарство.
Реджис Эрван двигался со скоростью ветра. По-другому я никак не смогу объяснить, что в комнате он появился едва Кайра успела уйти. Уж не подслушивал ли за дверью, не доверяя мне?
— Добрый день, господин Корин. Как вы?
— Лучше, мастер.
— Госпожа Ирмас, оставите нас?
От неожиданности рука дрогнула, а ложка звонко ударилась о склянку с настойкой. Уйти? Нет, дознаватель имеет полное право. Он вообще может не спрашивать ни о чем, а просто делать что нужно, опуская вежливость. Но почему я должна покидать комнату, когда речь идет о преступлении, совершенном в моем доме? Реджис всерьез меня подозревает?
— Как скажете, — я поднялась, не давая воли вновь поднимающемуся раздражению. — Я буду внизу. В зале.
Реджис кивнул. Мы на мгновение встретились глазами, и во взгляде я не увидела ни намека на извинения. Он ставит меня на место. Опять.
Спускаясь вниз, я все думала о мастере дознавателе, так вольготно расположившемся на моей половине дома. Ни при дядюшке, ни при тетке, да упокоят ее боги раз и навсегда, ни один посторонний не попадал за закрытую дверь. Они оба умели как следует стеречь собственные границы. Даже подвыпивший гость, надумавший ошибиться дверью, натыкался на замок, закрытый на два оборота. Я же жила в таверне всего несколько дней, а уже умудрилась нарушить самое главное правило. Надеюсь, Реджис с его подозрениями не надумает осматривать спальню.