Не знаю, чувствовала ли Розелл — компоненты амулета бесполезны. Цветы по большей части старые и пересохшие, ветки должно быть срезаны осенью, когда упали листья, а чего-то редкого и особенного вовсе нет. Все из леса.
— Что вы дали Обену? — спросил Реджис. — Рассказывайте.
Розелл в который раз покосилась в мою сторону и продолжила:
— Дала амулет от злого глаза. Не было ничего другого, а он все не уходил. Любые деньги предлагал, а я что? Сам видишь — не дано сильных вещей создавать. Так, по мелочи: животину заговорить, мышей из амбара прогнать, жар снять или кашель успокоить.
— И все? — Анри подошел ближе. — А слухи будто вы разбойников кого убили, а кого до безумия довели?
Розелл рассмеялась.
— Слухи то, парень, слухи. Сам же сказал. Разбойники те небольшого ума, да пьянее любого моряка были. Откуда ж знать, от чего померли? Напугала немного — убежали. А в лесу всякое встретить можно.
— Значит, больше ничего об Обене не знаете?
— Не знаю, господин. Все б рассказала, да не знаю.
— Правду скажите.
После слов Реджиса кожу захолодило. Я едва не выронила амулет, похожий на тот, что он передал в лесу. Розелл застыла и, не отводя взгляда, выговорила как заученную скороговорку безжизненным голосом.
— Не знаю ничего больше, господин. Тот амулет дала, чтоб отвязался. Деньги взяла, но как без денег-то? Одна живу, помочь некому. А за серьезные дела, про которые он говорил, не берусь. Не моего ума дело.
Реджис качнул головой. Розелл тем временем очнулась, сдавленно охнула и опасливо подалась назад, потирая ладонями плечи.
— Госпожа Ирмас, что скажете?
— Похожий амулет вы дали Обену?
Ведьма кивнула.
— Это он, господин дознаватель. Совсем небольшой силы. Сработает разве что против слабенького приворотного зелья.
— А против большего и не просят. Ко мне знаешь сколько девиц вроде тебя приходит? У каждой то соперница, то подруга злая, то любимый бросил. К тебе б тоже в очередь встали.
— Обойдусь как-нибудь.
— Да вижу. Коли не дело, на порог бы не ступила. Про замужество и спрашивать не станешь. Не из таких.
— Плевать мне на замужество. А если и спрашивать, так не у тебя.
Розелл едко ухмыльнулась и исподлобья взглянула на Реджиса.
— Ты, господин, если что узнать хотел, говори. Лгать не стану. Сам видишь. Только стражникам ни слова. Эти жалобу услышать, явятся да еще дом сожгут. Бывало грозились.
— Вреда не делайте — не явятся, — не проникся мольбой Реджис. — Скажите лучше, нет ли в округе еще кого-нибудь вроде вас? Мог Обен пойти к другому человеку?
— Нет никого. В городе, может, кто и живет. Но тех не знаю. Здесь до самого Крирейна ни единого одаренного на найдешь.
— А себя вы, значит, одаренной считаете?
— Разве ж нет? — Розелл сощурилась. — Только сила моя не в зельях как у спутницы твоей. Рядом вон стоит да не слышит, как от тебя кровью чужой несет.
На лице Реджиса не дрогнула ни единая жилка, а вот взгляд стал недобрым. Таким, что Розелл попятилась и быстро заговорила:
— Не делаю никому вреда, господин, и делать не буду. Ядов в доме не держу, с проклятиями не связываюсь. Травы сушу да настои делаю. Ты в деревню зайди спроси — никто от Розелл не пострадал. Ну разве дурака какого заставила по хозяйству подсобить за приворотное зелье. Его-то много кто готовит. Травница твоя видно не брезгует.
На любовные зелья у меня с некоторых пор развилась жестокая аллергия. Стоило только название услышать, как захотелось ненароком зацепить шкаф и к сшейдову хвосту разбить все ведьмины склянки.
— Так уж никому? Совсем без вреда? А что тогда деревенские в городскую стражу с жалобами идут?
— Да кто ж их знает, господин? Такие как этот Обен лезут, в ноги падают, сами не знают чего хотят. Как что не по нраву — сразу жаловаться или грозить. Я-то одна совсем, а одинокую женщину легко запугать. Верно ж говорю? — она оглянулась, ища поддержки, но я не отреагировала, и Розелл продолжила оправдываться: — На прошлой неделе вон приходил один, зажиточный такой, из деревни к северу отсюда. Просил молодость и силу вернуть. Жениться решил на старости, кобель плешивый. Мешок монет предлагал, чтоб зелье сварила с кровью невинной девицы. Где только услышал, в разум не возьму?
— И сварили? — усмехнулся даже Анри.
— Да нет же! Где видано, чтоб зелье из сказок помогало?
— Деньги упустила? — не поверила я.
— Сшейд с деньгами, — махнула рукой Розелл. — Толку от них, если потом он с городской стражей заявится? Я вреда не делаю, людей не обманываю. Думаешь, один он приходил? Сказок наслушался и думает будто чудо случится. Ты сама стала б за такое деньги брать? Знаю, не стала б, — она пригляделась внимательнее. — Да и кровь твоя не подходит.