Спустя полчаса я вернулась в зал в чистом платье, со свежим лицом и куда более благодушным настроением. Если не считать выходки Анри, который, кстати, не соизволил вернуться.
Мейкс, капитан Жано и незнакомый пассажир еще сидели за столом.
— Знаешь, о чем они говорят? — спросила у Мод.
— А как же? Обсуждают следующий рейс «голубки». Но сдается, госпожа, Себастиан Мейкс просто хотел встретиться. Едва явился, сразу справился о вас. Нравитесь вы ему, так и знайте.
— Боги, пощадите.
Мод удивленно захлопала ресницами.
— Разве он вам не по душе? Такой обходительный и богатый человек. Любая бы радовалась.
— Чему, Мод? Твоим мечтаниям? Отнеси-ка лучше закуски фонарщику и его товарищу. Боюсь, как бы прямо на столе не уснули оба. И спиртного больше не предлагай, не то гостей распугает храпом или чем похуже.
Беседовать с Мейксом лишний раз не хотелось. Он непременно начнет намекать на встречу, куда-то приглашать, задавать вопросы и делать комплименты. Ничего дурного в этом нет, но не хотелось бы ни с кем ссориться. Тем более с человеком, способным в будущем выкупить таверну. Богачей в Леайте немного, а выходить замуж и задерживаться здесь я по-прежнему не собиралась.
Подумав пару минут, все-таки решилась подойти. Себастиан и капитан Жано были малоинтересны. А вот их спутник-маг очень даже. Вполне возможно, он счел значок гильдии травниц глупостью. Но, судя по тому, как охотно говорит с Жано и Мейксом, в которых ни капли аристократической крови, предрассудками к происхождению не страдает.
— Господа, как дела? Желаете еще чего-нибудь? — улыбнуться я постаралась наиболее очаровательнее.
— Благодарю, госпожа Ирмас, мы собираемся уходить, — сообщил Жано.
— Как жаль. Надеюсь, еще увидеть вас в «коте и лютне».
— Возможно успеем зайти до отплытия. «Голубка» скоро отправляется в рейс.
— Так вас, господин Мейкс, можно поздравить? Первый рейс нового корабля. Куда же отправитесь?
Держу пари, Жано по-прежнему считает меня легкомысленной вертихвосткой, раз так насмешливо разглядывает. Пусть катится в сшейдову нору со своими суждениями.
— Снова к Дюмоновым островам. Но попутно «голубка» зайдет в несколько портов. Вы, госпожа Ирмас, хоть раз видели отплытие корабля? Хотите поприсутствовать?
К несчастью, видела и заливалась слезами, ведь на борту уплывал любимый кот.
— Да, в детстве. Помню, меня не слишком впечатлило.
В глазах Себастиана появилось разочарование. С чего вообще взял, что меня интересуют корабли? Ни малейшего желания путешествовать морем не имею. Выгодно продать таверну куда увлекательнее.
— Надеюсь, однажды вы измените мнение. Мореходство крайне интересно и по-своему красиво. Жаль, но нам действительно пора.
Все трое поднялись из-за стола. Мейкс попрощался как обычно в теплых, но пристойных выражениях. Капитан Жано не утруждался лишней вежливостью. А вот темноволосый маг не спешил уходить.
— Прекрасное заведение, госпожа Ирмас. И вы травница? — спросил, пожимая руку на прощание.
— Благодарю. И, да, вы не ошиблись.
— Тогда, быть может, найдется что-нибудь, облегчающее головную боль? Она часто беспокоит меня в плаваниях.
— Разумеется. Подождете немного, господин…
— Люка Фабрис, — он слегка отвернул полу камзола и показал брошь. Взметнувшийся язык пламени с яркой точкой рубина на кончике — стихийник. — Видите, мы похожи.
— Светлые боги, — я не сдержала удивления. — Как неожиданно встретить вас в Леайте. Чем вы занимаетесь?
— В последнее время путешествую. Найти дело, способное вызвать интерес, не так-то просто, верно? Вы ведь тоже не собираете зелья, а распоряжаетесь таверной.
— Распоряжаюсь всего второй месяц — получила наследство. А до этого собирала зелья, и это вызывало интерес.
— Значит, вам повезло. Мне же стало ясно, что выбирать стихийную магию было ошибкой.
Наверное, он принадлежал к какой-нибудь благородной состоятельной семье, раз мог позволить себе путешествовать и платить за проезд на корабле. Или там же и подрабатывал, как поступали многие в его гильдии. Перед стихийными магами открыто много дорог. Дар управлять водой, землей, воздухом и огнем можно применить к длинному списку профессий. Но именно поэтому выпускники Главикуса часто ошибались, растрачивая годы впустую.