Слава Тира
— Как мы можем пройти по улицам, не подвергнувшись нападению демонов?
Вопрос Нофа, адресованный Гаркиму, перекликался с невысказанными чувствами его товарищей. Однако канцлера это, казалось, ничуть не смутило.
— Я знаю секретный путь. Пойдем. Он жестом подозвал паладинов и пиратов и быстро зашагал по одной из темных кривых улочек, которые вели прочь от основания пирамиды. Спутники последовали за ним, а четверо дворцовых стражников замыкали шествие.
Рядом с храмом стояли большие дома, некоторые с закрытыми двориками, в которых Ноф мог видеть действующие фонтаны и сады с яркими цветущими цветами. Однако по мере того, как Гарким вел их дальше, дорога становилась все более извилистой и грязной. Запахи — более явственными, жилища — все меньше. Повсюду они находили следы нападения демонов: тела, лежащие поперек дверных проемов, где они пали, защищая свои дома, разбитые стены и окна, двери со следами когтей и ожогами от кислоты.
Гарким вошел в один из дворов, осторожно оглядываясь по сторонам. В центре атриума находилась железная решетка, вделанная в брусчатку. Канцлер жестом подозвал двух охранников, которые быстро подняли решетку, обнажив зияющий колодец под ней. В нескольких футах ниже края была узкая лестница.
— Городской дренаж, — тихо пояснил Гарким. — Эти каналы проникают в каждую часть Элдринпара. Возможно, демоны еще не проникли в них.
— Может, и нет, — начал Керн, но остановился, когда канцлер, запахнув мантию, спустился по лестнице.
Энтрери бросил быстрый взгляд на своих спутников, затем последовал за ним. Остальные опустились в колодец, задыхаясь от поднимавшегося снизу зловония. Ноф, цеплявшийся за скользкую металлическую лестницу, услышал над собой лязг, когда последний охранник задвинул железную решетку на место.
Спустившись примерно на пятнадцать футов, группа добралась до дна шахты и оказалась у входа в выложенный кирпичом туннель, который змеей уходил в темноту. Гарким поспешно зажег факел и пошел впереди, шлепая по лужам и ручьям воды, которые поблескивали в свете факела. Время от времени отряд проходил мимо других соединяющихся проходов, но Гарким никогда не колебался в выборе того, в какую сторону повернуть.
Ноф догнал Гаркима и Энтрери. — Лорд Гарким, откуда вы знаете эту дорогу?
Рот Гаркима был плотно сжат, но глаза были наполнены слезами. — Мои люди иногда пользуются этими туннелями.
— Ваши люди?
— Мары. В Элдринпаре Ффолки живут рядом с храмами и дворцами, а Мары остаются в стороне от власти и веры. Чтобы избежать пристального внимания Ффолков, Мары давным-давно научились пользоваться канализационными трубами. Как черви, они роют норы под городом, а Ффолки ни о чем не догадываются. Он вздохнул. — Так распорядились боги, но мне все равно это кажется трудным.
— Но вы Мар.
— Меня забрал из моего дома, когда я был мальчиком, сам король-маг. Это, правда, что я поднялся до высокого положения при его правлении, но даже в этом случае в высших кругах есть — и были — те, кто составляют заговор против меня, когда я поворачиваюсь спиной, потому что я Мар. Он пожал плечами и ускорил шаг. — Однако все это не будет иметь значения, если последователи Падшего Храма установят кровавый горн.
— Зачем им это нужно? — спросил Энтрери. Его голос странным эхом отразился от стен туннеля. — Чего они хотят добиться?
— Они хотят призвать Исдара, существо великой силы, пришедшее из-за пределов этого мира. Некоторые говорят, что он — не более чем имя, тень, которой пугают детей. Но я верю, что он реален и замышляет завоевать все Пять Королевств.
— И он сможет это сделать, если получит кровавый горн? — спросил Ноф.
— Согласно большинству рассказов о нем, у Исдара уже есть кровавый горн. Но второй дал бы ему решающую власть командовать армиями, намного превосходящими те, которые другие королевства могли бы выставить против него. Итак, мы стоим на острие ножа. Следующие несколько часов могут решить, устоит мой мир или рухнет. Гарким замолчал и зашагал дальше.
Наконец группа вошла в небольшую комнату, в которую сходилось несколько проходов. С одной стороны была еще одна лестница, ведущая наверх. Гарким, с подола его мантии капала грязная вода, стал взбираться по лестнице. Остальные последовали за ним и через несколько мгновений, моргая, вышли на дневной свет.
Солнце стояло теперь высоко в небе и освещало тесные кварталы города. В воздухе пахло гнилью и разложением, сажей и пеплом от горящего города. И над всем этим витал едкий запах свежей крови.
Они находились на пустынной улице, вдоль которой тянулись пустые дома. На взгляд Нофа, это место ничем не отличалось от того места, где они вошли в канализацию. И все же что-то ощущалось по-другому, и через мгновение он понял, что это было. Дьявольский шум стих, и высоко в утреннем небе он слышал крики чаек и чувствовал резкий соленый бриз.
Они были недалеко от моря.
Группа образовала узкую шеренгу, и Гарким повел их по улице, жестом приказывая оставаться в тени, отбрасываемой нависающими домами. Они не увидели ни одного живого существа.
Один из стражей, шедший сзади, закричал.
Из темного дверного проема протянулись щупальца с острыми, как бритвы, краями. Одно из них обвилась вокруг шеи мужчины и резко затянулась. Его голова упала и, крутясь, покатилась по пыльной улице, глаза были вытаращены, а рот все еще открыт в беззвучном крике смерти и отчаяния. Его тело втащили в дверной проем; раздался ужасный хруст.
— Бежим! — крикнул Гарким.
Ноф рванулся вперед, затем остановился, услышав крик Шар. Она сжимала руку другого охранника, который упал на улице. Щупальце схватило его за лодыжку, пытаясь оттащить к той же темной двери, где его товарищ встретил смерть. Мужчина стонал, его лицо исказилось от боли. Ноф схватил мужчину за другую руку и потянул. Последовал ужасный момент напряжения, а затем сопротивление внезапно прекратилось, и Ноф и Шар упали навзничь на дорогу. Они увидели, как щупальце отступает, нога охранника от лодыжки и ниже была зажата в его хватке. Охранник посмотрел на свою обрезанную ногу и тут же потерял сознание.
— Давай же! — крикнула Шар Нофу. Вдвоем они подняли мужчину и наполовину понесли, наполовину протащили его сотню ярдов по улице. Трандон опустился на колени рядом с охранником, из ноги которого хлестала кровь. Он осторожно прижал руки к ране и пробормотал несколько слов. Плоть вокруг культи срослась, и кровотечение прекратилось.
— Это лучшее, что я могу сделать, — сказал Трандон, обращаясь к Шар. — Вам придется помочь ему двигаться.
— Нет! — рявкнул Энтрери. — Он не может драться, и это помешает двум другим охранникам. Теперь он для нас бесполезен. Оставьте его.
Гарким выпрямился. — Вы не оставите здесь ни одного из моих людей, Мастер Энтрери.
Наемный убийца свирепо уставился на него. — Я отдаю приказы.
— А я знаю местоположение кровавого горна.
Энтрери повернулся и с дурной грацией зашагал в ту сторону, куда они шли. Гарким последовал за ним, не сказав больше ни слова. Шар обняла охранника, который к этому времени пришел в сознание, и помогла ему ковылять, в то время как Ноф присоединился к Трандону и Керну.
Запах моря все сильнее проникал в чувства Нофа. Он понял, что они, должно быть, приближаются к причалу. Внезапно группа достигла конца узкой улочки, по которой они шли, и увидела перед собой Великое Море и сверкающий на солнце храм.
Перед ними была широкая площадь, вдоль которой тянулось несколько рыбацких лодок. От причала через воду вела узкая дамба длиной около пятидесяти ярдов — к зданию, построенному из черного базальта которое возвышалось среди волн, как задумчивый паук.
Гарким указал на него. — Храм Амберли.
Инграр, стоявший рядом с ним, кивнул. — Да. Вот куда они забрали кровавый горн.
Остальные столпились вокруг них, находясь в тени, отбрасываемой одним из зданий, окружавших площадь. Они могли видеть различные фигуры в капюшонах, движущиеся вдоль доков и дамбы. Гарким задумчиво посмотрел на них.