Старик мысленно обратился к напарнику:
- Ты видел это?
- Да, она упала рядом с кратером Базелевса. Думаешь, Трипплхорн выкинул из города еще кого-то?
- Ты знаешь наши правила. Надо бы проверить место посадки.
- Тут неподалеку упала еще одна. Это как-то странно, да и потом почему ракета? Обычно он сбрасывает неугодных в капсулах, сам же знаешь.
- Я выдвигаюсь в твою сторону. Понаблюдай пока за ними. Кто бы это ни был они далеко не уйдут.
Ответа не последовало, но Луций и так знал о чем думал его напарник. Все изгои умели читать мысли друг друга. Такова была их кара и таковым был их подарок небес.
1.10
Когда корпус ракеты с размаху врезался в лунный грунт, Власов попытался максимально расслабиться. Он знал, что при жестком десантировании тело рефлекторно спазмирует мышцы и они становятся твердыми, словно камень. В таком состоянии они более уязвимы к ударной нагрузке и шансы получить серьезную травму резко возрастают. На счету штурм-капитана были сотни боевых операций, но каждый раз высадка проходила по разному. Сейчас удар сумасшедшей силы обрушился на корпус боеголовки, сминая ее переднюю часть и вращая находящихся внутри людей как в мясорубке. Ремни, которыми они были привязаны лопнули и теперь людская масса сталкивалась друг с другом, перелетая от одного борта к другому и превращая живых людей в подобие мясного фарша.
С диким грохотом цилиндр ракеты прокатился по поверхности луны, и воткнувшись в реголит, замер. Из оторванного при посадке люка на Власова посыпались белые хрусталики лунного грунта. В наступившей тишине штурм-капитан лежал вверх ногами и смотрел на кусок черного неба, усеянного звездами. Он слегка шевельнулся, проверяя целы ли кости, и с удивлением обнаружил, что его руки всё ещё плотно сжимают автоматический плазмаган. С оружием Николай не расставался никогда, и хотя при десантировании инструкцией рекомендовалось держать оружие за спиной, чтобы ненароком не разбить себе лицо при посадке, Власов по старинке полагался на свою выучку, которая не подвела его и в этот раз.
Проблема была только в том, что в результате экстремального прилунения, голова штурм-капитана оказалась в петле одного из пристяжных ремней, и теперь под его собственным весом удавка с каждой секундой затягивалась всё сильнее. Власов попытался оттянуть лямку рукой, но не смог просунуть под нее даже палец. Тяжелая боевая броня, которая защитила его кости от перелома при жесткой посадке, теперь играла против него, утягивая тело куда-то вбок и не давая воздуху из баллона просачиваться по передавленному шлангу. Чувствуя, что задыхается и хаотично ощупывая пространство вокруг в поисках хоть какой-нибудь точки опоры, Николай Власов нащупал еще один из ремней и резко потянул за него. В результате рывка сверху на штурм-капитана упало чье-то изувеченное тело и нагрузка возросла еще больше.
Хрипло сипя от удушья, Власов задергался, пытаясь как-то выбраться из западни. Его зрачки хаотично метались по кругу, пытаясь отыскать шанс на спасение, но кроме люка и куска черного неба он ничего не видел. По мышцам пробежал легкий спазм, затем резко наступила слабость. Почему-то промелькнула мысль о несуразности предстоящей смерти - он не разбился при посадке, но зато умрет от удушья, запутавшись в собственном ремне. Понимая, что умирает, Власов криво улыбнулся узкоглазой старухе с косой, которая прищурившись, теперь смотрела на него сверху, словно примеряясь со своим финальным ударом по шее. Смерть… она была настолько реальной!
Впрочем, в следующий миг коса чиркнула вовсе не по шее, а аккуратно рассекла тугую лямку, которая буквально со звоном лопнула, отпуская шланг подачи воздушной смеси. Освобожденное тело штурм-капитана соскользнуло куда-то вниз, в черноту ада, и от резкого толчка он сделал рефлекторный вздох. Это не было похоже на смерть. Во всяком случае боец корпорации никогда не думал, что она приходит вот так. Жадно втягивая легкими прохладный воздух, который вмиг стал упоительно вкусным, Власов оглянулся по сторонам. Тьма загробного мира оказалась знакомым пространством боеголовки, наполненным мертвыми телами, а узкоглазая старуха обрела черты одного из воинов якудза, который очевидно и спас корпората, а теперь протягивал ему руку, чтобы помочь выбраться наверх.
- Не сегодня, - хрипло произнес штурм-капитан себе под нос, - я умру не сегодня.