С благодарностью кивнув японцу, Николай ухватился за протянутую руку.
Штурм-капитан, пошатываясь, выбрался наружу и слегка сощурился от непривычного белого света, отражающегося от лунной поверхности. Его солдаты уже постепенно приходили в себя и без лишних слов, занимали оборонительные позиции вокруг обломков корабля. Вторая ракета валялась неподалеку и одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять что в ней не было выживших.
Признаки удушья еще сохранялись - перед глазами иногда проплывали какие-то цветные круги, а бессмысленное топтание на месте явно указывало на легкую дезориентацию в пространстве. Штурм-капитан заставил себя сделать глубокий вдох и попытался смотреть строго в одну точку. Стало немного легче.
- Сэр, мы установили связь со штабом, - четко доложил Радзинский, указывая рукой на небольшую фазированную антенну, развернутую им прямо на черном кейсе и направленную в сторону голубого шарика Земли. Присев на одно колено, радист слегка подкрутил лепесток диаграммы направленности и изменил направление луча связи на нужные ему координаты. - Генерал на связи, сэр.
- Товарищ генерал, - обратился корпорат к Чернигову, мигом собирая всю свою волю в кулак, - докладываю об успешном приземлении в заданном квадрате. Якудза не обманули нас с координатами - пока на горизонте всё чисто, есть шанс что витарианцы не засекли нас.
- Каковы потери?
- Второй корабль полностью разбился о поверхность Луны, но нам повезло больше. Наши солдаты благодаря своим костюмам понесли совсем незначительные потери, но все живы. А вот среди японцев выжило около 30%, не больше. Но главное, что они выжили.
- Убейте их.
- Простите, сэр? Возможно, я не расслышал...
- Убейте всех якудза и продолжайте операцию, - твердым голосом произнес Чернигов.
- Но.. товарищ генерал..
- Это приказ, штурм-капитан. Не заставляйте меня сомневаться в вашей преданности корпорации. Конец связи.
- Вас понял. Конец связи.
Чернигов отключился, а штурм-капитан так и остался стоять на месте, пораженный жестокостью полученной директивы. Затем он медленно обернулся к остаткам своего корабля и проследил взглядом за тем как его люди помогали выжившим воинам якудза выбраться из корабля наружу.
Луций поднес маску ко рту и сделал очередной затяжной вдох, тщательно вентилируя легкие. Затем он убрал загубник в сторону и отцепил с поясного ремня небольшой электронный бинокль, который ему удалось собрать из мусора, украденного в шестом квадрате Витариума. Подкрутив резкость, изгой рассмотрел остатки разбившегося корабля землян и людей в военных бронекостюмах. С ними были еще какие-то люди, одетые совершенно иначе, но их он толком рассмотреть не успел. Последовала череда ярких вспышек и все до единого оказались на земле. Прилетевшие убивали своих и это почему-то не удивило Луция - он помнил, что на Земле такое было в порядке вещей! И всё-таки он был прав и предчувствие его не обмануло - перемены, в которые его народ верил наперекор всему, были уже совсем близко.
1.11
Кадзу Мисору энергичной походкой прошел по знакомому коридору и вошел в тронный зал Нептиды. Плотная фигура доктора Кетлера восседала на вытесанном из камня троне и канцлер лишь едва шевельнул бровью, когда якудза предстал перед ним. Лицо японца казалось спокойным, но Николас видел как внутри оппонента кипит ярость. Первые же слова Мисору подтвердили предположение канцлера.
- Вы меня подставили и опозорили в глазах моих людей! Это недопустимо!
- Вообще-то я вам жизнь спас, - равнодушно заметил Кетлер, привыкший за годы правления к тому, что люди не в состоянии понять и оценить размах его мыслей.
- Мы должны были лететь на Луну, по вашему приказу между прочим!
- Вам всё равно не удалось бы захватить истребители селенитов. Вся их техника, как оказалось, не может управляться землянами.
- Тогда какого черта вы нас за ней послали?! - черные глаза Мисору вспыхнули яростным огнем и в тот же миг он прозрел: - Вам не нужна была эта техника! Вы хотели спровоцировать эскалацию конфликта между Корпорацией и Луной!
- Я искренне рад, что не ошибся в ваших интеллектуальных способностях, сухо заметил канцлер, наблюдая за тем как Мисору в гневе сжимает кулаки.