Все самое плохое случается в пятницу 13-го, но произошло все это в четверг, 12 марта. Как сейчас помню, был самый обычный холодный мартовский день, когда весна была только по календарю, а на самом деле все еще властвовала никак не хотевшая уходить затянувшаяся бесконечная зима. За окном целый день шел снег, укутав все деревья и провода своим пушистым покрывалом. Из динамика полоумной станции неслась какая-то дурь из моего плейлиста на Я.Недомузыка, сменившаяся выпуском новостей. Новые пожары в Африке, наводнение в Азии, нападения дельфинов-извращенцев на отдыхающих на пляжах Копакабаны, бла-бла-бла, а теперь перерыв на рекламу. Я вовремя успела закрыть файл на моем компьютере, где я от нечего делать пытаюсь расшифровывать загадочный язык манускрипта Войнича, поскольку моя руководительница, которую я про себя называю старой ведьмой, как всегда, бесцеремонно вторглась в мой кабинет, поставив передо мной на стол очередную стопку книг, высотой примерно с мой рост.
Главной моей обязанностью в этом забытом всеми богами заведении было закончить каталог библиотеки и навести порядок в хранилище, отложив те книги, которые были в хорошем состоянии, на дальнейшую оцифровку, а остальную непригодную часть фонда отправить на переработку.
— Эту стопочку книжечек нужно разобрать до конца рабочего дня, дорогушечка! – не то прошипела, не то пропела она своим низким прокуренным голосом.
— Елена Игоревна, но как же я успею все это сделать за оставшиеся два часа? – спросила я, с опаской поглядывая на хлипкую конструкцию, которая уже начинала крениться и завалиться набок. – Она же величиной с настоящий небоскреб?
— А это уже твои проблемки, солнышко! – ответила она, посмотрев на свои красивые миниатюрные часики. – Так, у меня сейчас встреча! Когда вернусь, лично проверю, чтобы все было сделано! — весело хихикнув, добавила она и беззаботной бабочкой выпорхнула в коридор.
Тяжело вздохнув, я включила чайник, достала из своего ящика принесенный из дома ланч-бокс и, засунув в рот сэндвич, начала разбирать навязанную мне стопку никому не нужного хлама. Древние, полуистлевшие от времени бумажные обложки книг по сельскому хозяйству, несколько неплохо сохранившихся советских энциклопедий, почти полное собрание сочинений Симоны Шанже и Всеволода Голубинова «Анжелика и ее любовь», «Анжелика и демон», «Анжелика и король», «Искушение Анжелики», «Анжелика в Квебеке», несколько разодранных дешевеньких томиков Толстого, Достоевского, Гончарова, Теккерея с просоленными детскими слезами страницами, литературная мистификация «Последний платеж» под авторством Александра Дюма. Изо всех сил пытаясь не чихнуть от попавшей мне в нос пыли, я отложила их в стопку на переработку.
Но вдруг мне на глаза попался он.
С виду совсем обычный.
Хотя ничего обычного в нем на самом деле не было.
Таинственный потрепанный том в выцветшей дешевой бумажной обложке с пожелтевшими от времени желтыми страницами, покрытыми характерными пятнами и помятостями. Его название гласило: «Полное и исчерпывающе бесполезное руководство по Вавилонской Туманности». Заинтригованная его необычным названием, вместо того, чтобы сразу отложить его на переработку, я перелистнула первые несколько страниц и начала читать.
Полное и исчерпывающе бесполезное руководство по Вавилонской Туманности
Глава 1. Введение в необъяснимое