— Вавилонская Туманность... Звучит очень знакомо... Вроде бы я где-то недавно уже слышала это название... – устало выдохнула я, вглядываясь в раскинувшееся перед нами мерцающее звездное небо, словно пробуя это название на вкус.
— Где-то в дальних уголках Вселенной находится загадочная Вавилонская Туманность, небесное явление, окутанное мистикой и чудесами, – задумчиво произнес Крейг. – Эта туманность, названная так из-за своего неземного сходства с древней Вавилонской башней, — не просто скопление звезд и космической пыли. Это симфония языков, космическая библиотека, где каждая звезда гудит вибрациями бесчисленных языков, как известных, так и неизвестных... Эта туманность хранит все тайны Вселенной, нашептываемые на диалектах забытых цивилизаций и отражающие голоса далеких галактик. Говорят, что те, кто сможет расшифровать ее язык, смогут раскрыть тайны самого бытия. Этот загадочный язык связан с древней цивилизацией, которая использовала язык для управления материей на квантовом уровне. Цивилизация эта таинственно исчезла, оставив после себя эти бесценные знания, закодированные в своем языке...
— А что именно за сложности возникли с проектом? – поинтересовалась я, заметив как по вечереющему небу пролетела небольшая комета, оставив за собой желтоватый светящийся след. — Я тоже лингвист, правда, всего лишь простой переводчик... Но мой диплом был про системы машинного перевода... — осознав, что снова ляпнула какую-то глупость, смутилась я.
— Машинный перевод — это и есть математический анализ языка на практике, – улыбнулся Крейг. – Самая большая сложность заключалась в том, что созданием этого языка занимался один человек, обладавший той информацией, которую сейчас не могут восстановить остальные лингвисты, работающие над этим проектом.
— Ну, как говорится, незаменимых людей нет, – дернув плечом, заметила я. – Наверняка остались какие-то его технические записи, опять-таки, файлы на компьютере, из которых можно восстановить недостающую информацию.
— Вот в том то и дело, – вздохнул Крейг, – что этот человек был весьма предусмотрителен, и все свои данные уничтожил, а также прихватил с собой одну очень ценную вещь, за обладание которой многие бы сейчас продали душу.
— И что же это за вещь?
— Нептономикрон, – спокойным тоном произнес он, но желваки на его загорелых рельефных скулах свело от досады.
— Непто... что? – озадаченно переспросила я.
— Неп-то-но-мик-рон, – терпеливо повторил он по слогам. – Наглядная и самая мощная демонстрация силы языка в действии, которую себе только можно представить.
— А что это слово означает?
— Никто толком не знает, что оно означает. Как и сама книга, оно овеяно туманом противоречивых толков и народных этимологий, – смахнув с лица прядь светлых волос, устало вздохнул он. – По одной из версий, оно образовано от PIE-корня *nebh – «облако», латинского слова nebula — «туман, дымка». Согласно другой версии, оно произошло от названия растения nepeta, некоторые виды которого отличались тем, что давали забвение. Но пока забвению предаются только те, кто этим Нептономикроном занимался...
— Неужели этот самый... Нептономикрон обладает такой страшной силой? – удивилась я.
Крейг поправил свои стильные очки в черной оправе и посмотрел на меня как на умалишенную.
— Мунияз взял за основу некоторые особенности древнего космического языка Вавилонской Туманности, но в основном был создан на системе особого компьютерного кода, соединив в себе все последние достижения современной лингвистики и лучшие практики древних языков. Поэтому-то случился такой большой переполох, когда все это случилось...
— Что именно? – сразу поинтересовалась я, но в этот момент заметила как будто ниоткуда материализовавшуюся около нас разъяренную Перпетуа.
— Ты еще долго будешь здесь сидеть без дела и языком чесать? – недовольно спросила она. – Отчеты сами себя не подошьют! За работу!
— Перпетуа, Александра права, – вдруг вмешался Крейг, отважно выдвинувшись на мою защиту. – У нее слишком высокая квалификация, чтобы заниматься таким низкоинтеллектуальным трудом. Мне давно требуется помощник, чтобы наконец-то закончить аннотации муниязского словаря. Пока она на испытательном сроке в редакции, она может пройти стажировку у меня.