Я потянулась к таинственному черному тому и открыла его на той самой странице. Чувствуя внутри себя дикую смесь страха и какого-то извращенного предвкушения, я ответила на вопросы этой странной анкеты, хотя не знаю зачем этим чудаковатым астрономам-чернокнижникам понадобился даже мой волос и знак зодиака. Следуя подробной инструкции, я выдернула у себя из хвоста один волосок, и, положив его вместо закладки между указанных страниц, захлопнула книгу.
Внезапно книга снова раскрылась, ее страницы затрепетали, словно крылья испуганной птицы, а все вокруг залилось яркими искрами света, ослепив меня своим призрачным сиянием. Вскипевший электрический чайник залил провода, и от короткого замыкания во всей библиотеке резко вырубился свет, погрузив все вокруг в абсолютную пустоту. Я почувствовала как земля подо мной задрожала мощными толчками. Зажмурив от страх глаза, я что есть силы схватилась за стол, чувствуя как мир вокруг меня окончательно вырвался из-под контроля.
Наконец, все стихло. Снова открыв глаза, к своему удивлению, я увидела образовавшийся на месте старого книжного шкафа огромный круглый портал, покрытый голубой неоновой подсветкой. Зажав наудачу висевший у меня на цепочке непонятно когда купленный старый кулон-талисман, я решительным шагом зашла внутрь.
Глава 2. Требуется планета для временного местожительства
Выйдя из портала, я обнаружила, что стою в просторном оживленном опенспейсе. Внешне он был похож на редакцию, но какую-то очень странную. У стен не было углов, и все вокруг имело плавные изгибы, было мягко и приятно на ощупь. Во всю ширину и высоту южной стены на меня смотрело огромное панорамное окно. Пол было не отличить от потолка, и все было ослепительно-белого цвета. Подойдя к окну, я к своему изумлению увидела видневшийся вдалеке величественный монумент, напоминавший то ли гигантский зиккурат, то ли египетскую пирамиду, сделанную из микрочипов, зловеще доминировавшую над всем окружающим пейзажем на фоне огромных черных небоскребов, над которыми курсировали многочисленные дроны, напоминавшие миниатюрные летающие тарелки.
— Omissa spe qui huc intrasti! (1) Я, конечно, понимаю, что у вас, девочек, всегда нечего надеть, но нельзя же так опаздывать! – внезапно произнес чей-то мелодичный мужской голос за моей спиной на странной смеси английского и латыни.
Оглянувшись, я увидела стоящего передо мной красивого молодого человека с удивительно прихотливо уложенным начесом длинных черных волос. Сколько лет ему понять было сложно. Выглядел он примерно на 20–25 лет. Казавшийся слегка мешковатым на нем необычный кипенно-белый комбинезон, казалось, переливался всеми оттенками радуги. Очки у него тоже были весьма футуристичные — из сплошного пластика без оправы, с едва мерцавшей цветной подсветкой.
— Да, простите... – машинально ответила я, к своему удивлению, сразу легко перейдя на английский язык.
— В редакции издательской корпорации «Новый день» любят пунктуальность, голубушка моя! Мдя... Я вижу, что в отделе кадров окончательно потеряли последние остатки чувства юмора... – сказал он, смерив меня внимательным взглядом с ног до головы.
— Почему у них нет чувства юмора? – сразу обиделась я.
— Ну ладно, пойдем. Мы и так уже сильно опаздываем! – наконец ответил незнакомец и, прикоснувшись в дужке очков, изменил цвет подсветки на голубой. – Провожу над собой эксперименты для своей новой статьи, – объяснил он, поймав мой взгляд. – Например, я заметил, что с зеленой подсветкой я более оптимистичный, с розовой — более дружелюбный, а с черной — я вообще дерзкий пацан! – рассмеявшись, добавил он, и на правой щеке у него проявилась заметная ямочка.
— Меня зовут Александра. Саша для своих... – на всякий случай решила не врать я.
— Ну, до такой интимности, я надеюсь, у нас с тобой не дойдет! – рассмеялся незнакомец. – Да, прости, забыл представиться. Джонстон. Грэг Джонстон.
— Бонд, Джеймс Бонд! – рассмеялась я, протягивая руку.
— Простите, кто? – ответил он, грубо меня проигнорировав.
— Джеймс Бонд, – начала объяснять я, известный такой персонаж популярной франшизы по романам Яна Флеминга.
— Извини, дорогуша, я всего лишь журналист. Книжки мне читать некогда.