— Ну, я надеюсь, удачно? – спросил Марк.
— К сожалению, нет... – со вздохом ответил Грэг. – Он за несколько часов до этого успел покинуть конгресс. На него работает очень мощная сеть шпионов и осведомителей. Оставил все это разгребать нас одних! Отель взяли в кольцо оцепления остальные повстанцы. Начался такой мордобой... Лобби и атриумы отеля забросали коктейлями Молотова. Гранаты попали даже в находящиеся на нижних этажах бассейны, устроив там сейсмические волны. Так что часть отеля залило водой, а другая часть полыхает. Сейчас, правда, на своих бронированных нанотанках подоспел знаменитый альквазирский спецназ. Но кто здесь разбираться-то будет? Они просто мочат без разбора всех, кто не успел убежать.
— Ладно, пока не поздно, нам надо уходить... – произнес Марк, хватая меня за руку.
— Профессор Барнс! – воскликнула я. – Он сказал, что примет снотворное и пойдет спать к себе в номер. Он наверняка не в курсе того, что произошло. Мы должны его спасти!
— А в каком он номере? – поправив свой начес, спросил Грэг.
— Как мне помнится, я бронировал ему 4064 номер на сорок пятом этаже... – задумчиво проронил Марк. — Уолли?
Маленькие красные огоньки бегущей строкой промелькнули на его дисплее.
— Да, так и есть, на сорок пятом этаже, – кивнул тот.
— О, ну тогда дела его плохи, – вздохнул Грэг, отходя от зеркала. – Там вокруг уже вовсю бушует пожар.
Я бросила умоляющий взгляд на Марка.
— Но мы не можем его там так просто оставить!
— Ладно, пошли, – сказал Марк, бросив взгляд на часы на своей руке. – У нас очень мало времени. Нельзя терять ни минуты...
Уолли сделал галантный жест, пропуская вперед Лиру.
— Первыми выходят дамы...
Лира презрительно фыркнула.
— Если мы одного с вами вида, это еще не значит, мы ровня, – произнесла она, презрительно хмыкнув. – Я синтетический самообучающийся ИИ, а вы — тупиковая ветвь развития робототехники!
Уолли ничего не ответил и, отойдя в сторону, про себя со вздохом недовольно пробубнил:
В тебе коварства нет, но ты непостоянна,
Хотя в исканьи жертв бываешь неустанна,
И слезы, о тебе и по твоей вине
Пролитые, горячей становятся вдвойне. (1)
Как только мы добрались до сорок пятого этажа, лифт, резко дернувшись, встал. Одновременно с этим на всем этаже погас свет. Видимо, огонь уже добрался до распределительного щитка всего левого крыла небоскреба, где мы находились. Раскинувшийся перед нами узкий длинный коридор был сплошным лабиринтом густого, клубящегося дыма. Марк вытащил свой смартфон и включил на нем фонарик. Яркий луч холодного света прорезал темноту, открывая вид на закрытые двери и жуткие, танцующие тени. Мы последовали его примеру и тоже включили фонарики.
— Выйдите из лифта и ждите меня здесь... – скороговоркой бросил Марк.
Сняв с себя свою кожаную куртку и натянув ее на себя как плащ-палатку, он упал на колени и начал продвигаться ползком по полу покрытого клубящимся дымом коридору. Как только он продвинулся на пару метров, вслед за ним послушался страшный шум и с потолка начала падать обожженная гипсовая обшивка потолка. Первым моим импульсом было кинуться за ним, но в этот момент меня осторожно, но цепко схватила за плечо наманикюренная рука Грэга.
— Так ты только усложнишь его задачу, подруга... –качнув головой, ответил он. – Так что просто стоим, улыбаемся и машем...
Через несколько минут за нашей спиной раздался ужасный скрежещущий шум и отдаленное эхо сорвавшегося в шахту лифта.
— Ну вот. Один путь к отступлению нам уже отрезали... – с профессиональным спокойствием констатировал Грэг.
На несколько мгновений дым чуть развеялся, и луч света выхватил Марка. Тот уже добрался до заветной двери, за которой слышались неясные крики и громкие шорохи. Он забарабанил в дверь.