— Да-да, я ид-ду... – чуть слышно стуча зубами, сказала я. – Мне надо просто еще немного настроиться...
Вдруг я заметила, что он раскинул в стороны руки и с головой начинал погружаться под воду.
— Что случилось? – испуганно крикнула я.
— Ногу свело судорогой! – захлебываясь, крикнул он мне, на секунду вынырнув из воды, разнесся вокруг высокий фонтан брызг. – Не могу плыть!
Не раздумывая, я сиганула в темную воду, и за считанные секунды доплыла с невиданной для себя скоростью до того места, где раздавались брызги, к своему удивлению обнаружив, что он на самом деле не тонет, а спокойно стоит под водой на огромном валуне, не испытывая никаких проблем со своей ногой.
— Наглый лжец! – забравшись на плоский валун, негодующе начала бить его в грудь я.
— Другого способа затащить тебя сюда не было, – хитро улыбнулся он, отбиваясь от моих ударов. – И ведь сработало!
— Да, в воду меня так коварно еще никогда не затаскивали...
— Убедилась, что вода здесь гораздо теплее температуры воздуха?
— Действительно... Странно... – согласилась я, чувствуя всей своей кожей, что наши тела сейчас разделяет только узкая прослойка воды.
— Вода нагревается гораздо медленнее, чем воздух, но и тепло отдает не так быстро из-за разной теплопроводности.
Небо разверзлось над нами бескрайней и загадочно мерцавшей в ночи бездной. Обернувшись по сторонам, я удивилась, насколько широким казалось озеро отсюда. Повсюду его окружали горы, тянувшиеся ввысь огромными истуканами, затянутые кое-где густым облаком тумана. В тихих заводях слегка шелестел своими листьями болотный аир, словно донося до нас свою бессловесную песнь ветра. Высоко над нами светили три красные луны, образуя посреди озера своеобразную лунную дорожку.
— Чтобы не замерзнуть нам надо двигаться, – напомнил Марк.
— И чем же ты предлагаешь нам заняться? – игриво улыбнулась я.
— Для начала предлагаю доплыть до того берега, – как будто тоже улыбнувшись своим мыслям, ответил он.
Мы медленно поплыли рядом. В отличие от меня, он держался на воде очень уверенно. Плыл с широким замахом в гребке, тратя именно столько энергии, сколько нужно, чтобы спокойно держаться на воде. Водная гладь рассыпалась вокруг меня мелкими бликами и загадочно мерцала, создавая гипнотический эффект.
Вдруг, словно мимолетной вспышкой, я увидела в отражении перед собой раскинувшуюся прозрачную гладь неведомого моря. Теплый летний день, горячее солнце, жгущее сгоревшие плечи, бирюзовые глаза, которых почти не видно из-под копны его черных смоляных волос, свисающих на лоб густыми длинными прядями. Капли воды, скатываясь с кончиков его волос, стекают тонким ручейком по выпуклым кубикам прокаченного пресса. Марк крепко держит меня в своих сильных загорелых руках, но я все равно ухожу под воду под тяжестью собственных ног, которые упорно тянут меня ко дну.
Он громко смеется, в уголках его красивых бирюзовых глаз слегка проступают «гусиные лапки» мелких морщинок.
— Плавание почти как боевые искусства, – терпеливо продолжает объяснять он. – И то и другое основано на умении отрешиться от навязчивой приверженности человеческого тела к вертикальному положению. И то и другое требует напряжения всех мускулов, о существовании которых ты даже не знал. И то и другое требует выносливости и учит экономному расходу силы и отказа от ненужных движений. И то и другое учит бесстрашию, потому что вынуждает тебя каждый раз кидать себя в бездну неизвестного. Но только когда ты преодолеешь свой врожденный природный страх, ты научишься владеть своим телом как единым отлаженным механизмом, который не подведет тебя ни в одной критической ситуации.
Перед нами уже показались заросли высоких белых цветов, сиявших в ночи словно воздушные белые свечи, издавая свой терпко-сладкий медовый аромат. Я резко остановилась, пораженно вглядываясь в колдовскую гладь темного озера, но странное видение уже растворилось без следа. Марк повернул ко мне голову и спросил:
— Все в порядке? Ты вдруг побледнела.