Пока мы шли, мы несколько раз обменивались с Марком нервными взглядами. Я чувствовала, что в его голове роились те же вопросы, что и у меня. Что от нас хотят эти люди? Как долго они здесь скрывались? Что случилось с профессором и нашими механическими помощниками? Неужели теперь наша судьба оказалась в руках этого древнего дикого племени?
По мере того как мы углублялись дальше в лес, несмотря на свой страх, я не могла не восхищаться чуждым, но странно знакомым пейзажем этой долины. Огромные незнакомые деревья возвышались на сотни метров в небо, их стволы были шире, чем у секвойи. Странного вида грибы покрывали лесную почву, отбрасывая мягкое, эфирное свечение. Диковинные существа порхали между ветвями - шестикрылые птицы с радужными перьями и нечто, похожее на летающую медузу, волочащую паутинные щупальца.
Пройдя еще несколько сотен метров, мы подошли к гигантскому старому дереву, которое своим ростом и шириной заметно затмевало все остальные. В его стволе был выдолблен вход, образующий естественную арку. Внутри стены дерева были покрыты замысловатой резьбой, которая, казалось, двигалась и менялась в тусклом свете. Проходившие мимо члены племени благоговейно опускались в поклоне к нему.
— Видимо, это какое-то их священное дерево, – шепнула я на ухо Марку. – Как у древних друидов. Просто удивительно!
— Бекка! – предупредил Марк. – Ничего не трогай!
Не удержавшись, я подошла чуть ближе, и, проведя своей рукой по его древней, шершавой коре, принялась рассматривать вырезанные на дереве глифы и руны. Вдруг резьба вспыхнула тусклым светом, и внезапно помещение внутри дерева наполнилось голографическими изображениями звездных карт, спиралей, отдаленно похожих на ДНК, и математических уравнениний. Послышались негодующие голоса, и ко мне тут же подбежало несколько разъяренных дикарей с наведенными на меня свои копья.
— Первое правило безопасности, – прокомментировал Марк, когда меня снова вывели обратно. – Ничего здесь не трогать...
Наконец, пройдя по узкой лесной тропе еще несколько метров, мы вышли на широкую длинную поляну, раскинувшуюся вдоль берегов серебристой реки, изгибающейся по долине широкой змейкой. Поселение долины представляло собой настоящее первобытное зрелище - скопление круглых аккуратных домиков с соломенными крышами, окруженных частоколом из заостренных бревен.
Нас провели вглубь деревни, где клубился дым от высокого костра, вокруг которого, по-видимому, собиралось все племя. Двое дикарей оставили нас стоять у костра и кинулись к самой большой хижине. Сзади ко мне осторожно подкралась небольшая группка чумазых и весьма угрюмого вида дикарей, которые завороженно начали гладить своими костистыми ручками мои волосы, отливающие на ярком полуденном солнце медным золотом.
— Они, видимо, никогда не видели белой женщины... – шепнул мне на ухо Марк.
— У меня такое ощущение, что они вообще никогда не видели женщин... – вздохнула я, спрятавшись за его спину.
Через несколько минут из своей хижины вышел мужчина внушительного телосложения и абсолютно лысой головой. Все его лицо было покрыто замысловатыми синими узорами, а глаза были похожи на грозовые облака. Властной, королевской походкой он прошествовал через деревню, о чем-то переговариваясь со своими людьми, и его мощный, густой голос резонировал, словно эхо древних барабанов. Из хижин на улицу вывалила толпа чумазых людей, и все они постепенно образовали вокруг нас широкое кольцо оцепления. Я от страха еще сильнее прижалась к Марку, ища опору в его всегдашнем хладнокровном спокойствии. Как будто почувствовав мой страх, он сильнее сжал меня за руку.
— Вы вторглись на нашу священную землю, – провозгласил он с жутким северным акцентом, но, в отличие от других его соплеменников, его речь все же можно было худо-бедно разобрать. – Наша долина никогда не знала чужаков, и мы хотим, чтобы все так и оставалось и дальше, – продолжил он, и казалось, что его слова сгибались под тяжестью вековых традиций.
Вдруг за нашими спинами раздался громкий ропот и крики испуганной толпы.
— Демоны! Демоны! Страшные демоны идут сюда! – пробежав мимо нас, в испуге выкрикивал один из дикарей, упав перед лысым великаном на колени.