Мне даже показалось, что бароны, обнимая храмовника, сами смахивали слезы с глаз. А потом направились отмечать это дело. Тьфу. Я старалась оттянуть момент возвращения к застолью, но увы. Непривычные эмоции распирали мужчин, и, видимо, выплеснуть их они могли только с помощью вина. Но разница была. Бароны не вели разговоры о своих похождениях, а вспоминали знакомство с храмовником. Как они в полном отчаянии зашли здесь впервые в храм. Как морщились от нищеты и простоты отделки, и как к ним вышел отец Бенедикт. Он нашел нужные слова, и в душе у баронов появилась теплота. Тогда они впервые обрели надежду на возвращение.
Затем Адлар пригласил святого отца к себе погостить, потом приехали погостить к Волдо… так и сдружились. Расставались лишь на время мессы, отец Бенедикт уходил утешать страждущих, а бароны дожидались окончания, после чего совместное веселье продолжалось.
– Святой отец! Мы так рады нашему знакомству! Всевышний тебя нам послал в этих гиблых землях, – слегка подвыпив, бароны расчувствовались, признаваясь храмовнику в чувствах.
– Ты первый, кто отнесся к нам не по рангу, а по-человечески. Понял наши горести, поддержал, – они обнимались и говорили, говорили…
А отец Бенедикт не скрывал своих слез и отвечал, что пропал бы без них. В общем, обычный разговор разгоряченных спиртным мужчин. Только со стороны это выглядело совершенно отвратительно. Где гордость? Куда подевались прямые спины и вздернутые подбородки? А служитель церкви… Фу, смотреть противно.
Я и не стала участвовать в этом безобразии. Перекусила остывшим мясом с лепешкой, запила травяным чаем и, пожелав всем спокойной ночи, отправилась к себе.
Марта протопила мне комнату и по моей просьбе принесла свечу. А сама поспешила вниз под предлогом, что ей нужно закончить сумочки до завтра. Но, сдается мне, что ею двигали другие цели. Я же разделась и, почитав перед сном, уснула, совершенно довольная собой.
Утром, спустившись на завтрак, первое, что я увидела, это сложенные на краю стола готовые рюкзаки и сумочки. Марта совсем не спала, что ли? За ночь все сшила? Но приглядевшись повнимательней, я увидела, что она сделала только часть работы: качественно прошила рюкзаки, а маленькие сумочки только приметала по швам. Ничего, если дознаватели сегодня не заявятся, то к вечеру она успеет все закончить.
Бароны спустились поздно, помятые и заспанные. Я к тому времени успела позавтракать и осмотреть дом. А еще в деталях продумать предстоящую поездку.
По рассказам баронов выходило, что как такового графика визитов дознавателей не существовало. Это, конечно, плохо, но была и хорошая новость – они давненько не приезжали, а значит, ждать осталось недолго.
Пока господа завтракали, я пустилась в расспросы и выяснила, что до столицы два дня пути. Поедем мы в карете, в другой карете поедут сундуки с вещами. На ночлег остановимся в придорожной таверне, где поедим и переночуем. С рассветом выдвинемся и прибудем в столицу поздним вечером, а то и ночью. Там меня устроят на ночлег, а утром пойдем за покупками и в этот же день постараемся оформить патент. Ну или на следующий.
Что касается аудиенции у Его Величества, отцы Волдо и Адлара согласуют день, и мы с подарками устремимся во дворец. Если бы не наказание, бароны и сами могли договориться. Во дворце я презентую новинки, и, получив прощение монарха, бароны вернутся к прежней жизни, а я буду осваиваться в столице.
Хороший план? Лучший! Только вот сбыться ему было не суждено.
Глава 16
Время до приезда дознавателей мы проводили с пользой для всех. Я придумала новую игру под названием “Научи Петру всему”. И она пришлась по вкусу не только баронам, но и храмовнику. Поначалу они, перебивая друг друга, описывали порядки и правила королевства, но толку от этого не было.
– Я мало что запомню, когда вы говорите все одновременно. Давайте будем обучать меня системно. Разобьем на уроки с теорией и практикой. Можно еще экзамен по окончании устроить.
Мое предложение было встречено с восторгом, видимо, такого развлечения у баронов еще не случалось.