Глава 25
За ужином, вяло жуя сыр, я поймала себя на ощущении тревожного зуда. С момента, как дознаватели дали добро на наш выезд в столицу, какая-то мысль постоянно ускользала от меня, не встраивалась в четкий план действий. Это нервировало, отчего я стала рассеянной и позволяла себе огрызаться на спутников. Но уловить эту мысль не могла. Когда пыталась – она замирала и растворялась в потоке остальных. А стоило о ней забыть – возвращалась, напоминая о себе смутным беспокойством.
Надо вернуться к началу. Дознаватели приехали проверить ссыльных баронов. Мы провели показ рюкзаков и клатчей. Они дали разрешение вернуться. Вот! На этом моменте начало жужжать. Я сфокусировалась на деталях этого разрешения. Пять дней в столице. Под домашним арестом. Передвижения только с личного дозволения главного дознавателя. И именно на этом месте вспыхнула тревожная лампочка – рассказ дознавателей, как они избили и кинули кого-то в застенки. Им это доставило явное удовольствие. Так поступить с баронами они не могут, но могут… Да, они запросто могут изощренно издеваться. Им это нравится.
– Нужно срочно изменить наши планы. Первое, что мы должны сделать, – это добиться аудиенции Его Величества и презентовать ему новинки. Только так, – схватила я Адлара за руку.
Разговоры смолкли, и все взгляды устремились на меня. А может, я ошиблась? Но на кон поставлено слишком многое. И единственное, что остановит дознавателей, это наше приглашение во дворец.
Я озвучила свои соображения, пытаясь подвести рациональное объяснение волнениям. Дознаватели ненавидят баронов за их положение и способны здорово потешить свое самолюбие. Попросту подставить.
Мои спутники переглянулись и нахмурились. Но не высмеяли мои предположения. Согласились? Они тоже это заметили?
– Но зачем тогда вообще они дали согласие? – поинтересовался Волдо.
– Потому что испугались, услышав о короле. Этого им никто не спустит с рук. А если получится, что они дали разрешение, привезли вас в столицу, а здесь вы оплошали – тогда вина полностью на вас, – отец Бенедикт спокойным голосом выдал то, что мучило меня всю дорогу.
– А если встреча у Его Величества уже будет назначена – они не посмеют вмешиваться! – я с торжествующей улыбкой обвела всех взглядом.
– Петра права, – кивнул храмовник.
– Пишите письма отцам и посылайте доверенных лиц вперед. Пусть несколько часов, но у нас будет фора. А в столице не расстаемся. По одному мы уязвимы. Селимся все вместе дома у одного из вас. У кого – решайте сейчас. И это тоже нужно указать в письме к вашим отцам.
Я облегченно выдохнула и откинулась на спинку стула. Прикрыла глаза, прислушиваясь к себе: на месте ли еще та тревожная свербящая нотка? Ее не было. Но на смену пришла другая – мы опаздываем. Надо было сразу отправлять людей в столицу. Из ссылки. Сейчас была бы ясность и наверняка назначенная встреча с королем. Неужели опоздали? И что тогда? Самое плохое – баронов отправят обратно.
– Скажите этим… – я кивнула в сторону двери. – Что письма отцам написали и отправили, будучи в поместье. Попросили организовать визит к королю.
Тем временем все вокруг пришло в движение. Откуда-то появилась рыхлая бумага и писчие принадлежности. Адлар сдвинул рукавом тарелки с едой и положил на освободившееся место чистый лист. Волдо пересел ближе к нему.
– Пойдем, дочь моя, провожу тебя, чтобы не мешать высокородным господам, – отец Бенедикт потянул меня на выход.
Он открыл дверь моей комнаты. Зашел первым, мельком оглядев беспорядок. Воду еще не убрали. Подкинул дров в камин. Сделал несколько шагов по комнате, задумчиво сложив руки за спиной.
– Все мы в руках Всевышнего.
Затем остановился, прощупал меня взглядом.
– Закройся на засов. Никому, кроме нас, не открывай. Спи. Завтра будет тяжелый день.
После чего повернулся и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
У меня сил хватило только на то, чтобы задвинуть засов, стащить с себя одежду и доползти до кровати.
Сон был тревожный, поверхностный, я проваливалась и выныривала обратно. Ворочалась. Мысли не давали спать. Успели ли мы?