- Доча! – испуганно выдохнула женщина, и не чуя беды ринулась к Ларисе.
Напрочь отключённый инстинкт самосохранения любящей матери, мог бы и включиться, на зло природе. Но чуда не произошло… Очередной вскрик, очередной шлепок, очередной мат.
Мы лежали втроём. Сил и желания говорить не было, так же как и настроения. А попробуй, докажи что мы старались сделать доброе и приятное, для вновь прибывшей к нам на пол. Меня утешало слово ,,старались,, И это было настоящей правдой. Мечтой, можно сказать. Которая не сбылась. Прошло несколько секунд тишины, я постарался взять себя в руки и оценить целостность дам. Всё таки я мужчина! Даже ножи наточил!
- Лариса, Анна Павловна – негромко позвал женщин, аккуратно пытаясь приподняться.
В ответ тишина. Неуклюже повернулся на четвереньках к телам на полу. Навис над лицом Лары, ощущая начинающее развитие страха за неё. В её зелёных глазах, увидел искру жизни и обрадовался. Она хлопала ресничками как бабочка крыльями, пытаясь стряхнуть пыльцу из муки.
- Солнышко моё – я дотронулся перепачканной ладонью до её лба, ощутив кусок прилипшего фарша – Как ты? Где больно? Не молчи!!!
- *** в ***! – донеслось мнение от Анны Павловны – Это ж надо *** как *** можно*** такое организовать?
Мама Ларисы не стеснялась в выражениях собственных мыслей и идей на чисто, мягко сказать, старорусском языке мата. Я невольно изумился не только фантазии, но и умению сплетать такие вензеля из слов! Я почему то уверовал в то, что в советское время, когда она была молодой, этому учили в школе! Надо спросить у родителей! И ещё уверовал в то что эти слова лечат и приводят в чувство…
Лежащая Лариса, исцелённая волшебными словами своей мамы, вдруг рассмеялась! Так как умела делать только она. Её заразительный весёлый и мелодичный смех, вырвался на волю, заражая наши души. Вскоре просто все ржали, не стесняясь ни себя, ни соседей, выплёскивая весь испуг и досаду из тел!
- Мама – отходя от смеха, проворковала Лара – Мы хотели приготовить обед… Что ни будь новенькое… оригинальное…
- Я ценю – улыбаясь, ответила она, пытаясь приподняться – Спасибо мои хорошие. У вас получилось! Поверьте, такого я ещё не пробовала!
Кряхтя, пыхтя и ойкая, как начинающие фигуристы на льду, мы вставали, помогая друг другу. Мы покидали кухню, поддерживая друг друга. Мы оставляли горечь и досаду, на месте диких плясок. За нами тянулись следы… некрасивые, мерзкие! Ненавижу яйца! Теперь ненавижу!
- Потерпите повара – Анна Павловна шагнула в ванную комнату, и прежде чем закрыть дверь, сказала – Я первая, мне скоро на работу, а у вас ещё вся ночь впереди! Порядок наводить до утра!
Мы молча согласились, а куда деваться? Стояли в обнимку, я смотрел на запахнутый на груди Ларисы халат, она поспешила спрятать там свою красоту, как только очнулась. Мне оставалось только вспоминать и представлять, восхитительный вид груди.
- Серёжа – прошептала Лара, заглядывая мне в глаза – Хватит меня раздевать! Я же чувствую!
Как? У глаз нет рук! О, женщины!!!
В ожидании очереди в ванную комнату, мы с опаской, заглянули на кухню чтоб оценить ущерб и время будущей работы. Входить не стали, просто подошли по засыхающим сопливо-мучным следам на полу, к порогу. Высунули головы из-за дверного проёма, облокотившись на косяк, каждый со своей стороны.
- А это как будем убирать? – задала логичный вопрос девушка, не логично указывая на потолок
Я направил свой взор, по направлению её пальчика, взглядом опытного оценщика бед. На потолке… С потолка свисали жёлтые сосульки из желтка. Даже рассмотрел след голой стопы, но приглядевшись повнимательнее, убедился, что это всего лишь пятно. Такое вот пятно из фарша, похожее на след… А может кто-то и топнул там, это было немудрено в тот момент!
- Божее – протянула Лара – Сколько работы…
- Ага – одобряюще, поддакнул я – Разберёмся!
- Лара! Доча! – раздался голос из ванной – Принеси халатик чистый!
Девушка, аккуратно ступая, на цыпочках направилась по просьбе мамы за одеждой. Я же, стоял и чесал затылок, потревоженная мука в волосах, роилась над моей головой, словно видимые мысли. Я решал с чего начинать. Крути, не крути, а я виноват!
Лариса сменила маму, передав ей свежий халатик, как эстафетную палочку. Мне стало интересно, сколько штук у них такой одежды? Вопрос, зачем столько, умер давно, и даже не воскресал. Я теперь твёрдо знаю, что женский халат, это универсальная одежда на все случаи жизни! Решил, что когда буду достаточно обеспеченным человеком, куплю Ларисе их штук сто, двести, не меньше. Пусть будут.