– Ужин через час, жду тебя в столовой… Не заблудись! Я всё-таки надеюсь на мирный диалог с тобой! – он вышел так же яростно, как и зашёл сюда.
Энжелин подумала, что лучше умереть с голоду, чем ужинать с этим человеком. Она и не собиралась никуда выходить из этой комнаты. Но, посмотрев в зеркало, подумала, что привести себя в порядок не помешает. Дорогущее платье из Италии превратилось в грязное нечто, накладные ресницы местами отклеились, также как и прядки искусственных волос, а про сломанные ногти и говорить нечего. Вот, если бы сейчас её увидел Сэм, он был бы в шоке, во что превратилась его сексапильная модная красотка.
Дэлрой уже полчаса ожидал свою гостью за накрытым ужином и, в который раз взглянув на часы, вздохнул. Он жестом подозвал к себе верзилу, который должен был постоянно находиться у входной двери.
– Поднимись и притащи её силой, – дал он распоряжение ему.
Тот слегка растерялся, но, пожав плечами, подчинился. И уже через три минуты вернулся неся на плече, ругающуюся дикими выражениями, Энжелин.
Усадив её за стол напротив Дэлроя, поспешил удалиться, так как увидел, что девушка, схватив со стола пустой стакан, швырнула им в него. По своей сноровке «верзила» успел увернуться, и стакан, пролетев мимо, вдребезги разбился об пол.
Дэлрой осмотрел её, оценил то, что она всё же переоделась в чистое платье.
– Долго ты ещё будешь обижать людей, Энжелин? – спросил Дэлрой со спокойной строгостью в голосе.
– Я ведь могу отдать им приказ, чтобы они не сдерживали свои полномочия… И тогда тебе прилетит по полной!
Она метнула на него гневный взгляд.
– Ты мне противен! Я не хочу с тобой ужинать! – раздраженно сказала Энжелин.
– Ты не представляешь, как ты мне противна! – совершенно искренне заявил Дэлрой.
Ведь он долгое время интересовался жизнью своего врага и многое знал про девушку и её разгульно-клубную жизнь. Тем более, очень часто её имя мелькало в прессе, которая не редко называла дочь Гарольда «светской блудницей», невыносимой грубиянкой и прочей неприятной личностью.
– Но то, что мне нужно от тебя, важнее. Неужели неинтересно чего мне надо? – презрительно ответил он ей.
– Я готова отдать всё! Только, чтоб не встречаться больше никогда с тобой за одним столом!!!
Дэлрой осознал, что мирный диалог так и не состоится.
– Ну вот и отлично! Значит через три месяца я получу то, что принадлежит мне, – решил мужчина тогда поставить точку в этом разговоре.
Надо всего лишь потерпеть присутствие девушки возле себя.
Она немного помолчала.
– Я клянусь, что отдам всё, что ты попросишь! Подпишу, всё что угодно твоей душе! Я могу расписку написать прямо сейчас… Только отпусти меня… – вдруг начала умолять его Энжелин.
Дэлрой удивился такой перемене событий.
– Нет! Я не отпущу тебя, Энжелин! – сказал он раздражённо.
Он выпрямился за столом.
– А теперь давай ужинать! – попытался он быть вежливым с ней.
– Я не буду с тобой ужинать, потому что не понимаю зачем тебе держать меня три месяца здесь? – не унималась она.
Дэлрой снова презрительно посмотрел на Энжелин.
– Я не люблю повторять дважды! Но так уж и быть сделаю исключение. Потому что хочу получить то, что принадлежит мне! – крикнул он на неё.
– А сейчас, я хочу чтобы ты поела, – попытался унять своё раздражение и вновь быть любезным.
– Я не хочу есть! – Энжелин резко толкнула тарелки на столе и откинулась на спинку стула, сложив недовольно руки на груди.
– Ну и подыхай с голода! – отрезал Дэлрой ей в ответ и принялся за ужин.
Девушка сидела со взглядом обиженного ребёнка и наблюдала, как её враг набивает утробу. Во рту постепенно собирались слюни, ведь есть она действительно хотела, но гордость не могла позволить съесть хоть кусочек.
Энжелин стала осматривать гостиную. И в голове панически назревал план побега.
Она посмотрела на огромного «пингвина-охранника» у входной двери, и появилась полная решимость, что она с ним справится.
– Приятного аппетита! – злобно пожелала девушка Дэлрою, уткнувшись в него взглядом.
Тот поднял взгляд полный иронии на неё.